– Последние несколько дней я изучал свидетельские показания с разных мест преступлений и результаты медицинских анализов арестованных. Два случая очень схожи с эпизодом Фэйна как по почерку преступлений, так и по проявленным способностям. Но даже здесь «похожесть» не позволяет сказать, что они относятся к одному виду.
– Виду? – повторил сенатор.
– Да, сэр, – подтвердил Суонн. – Если нам приходится признать, что вампиры существуют, надо быть готовыми к тому, что их может оказаться несколько видов.
– Почему? – спросил сенатор от Джорджии. – Я думал, все вампиры одинаковы. Клыки, плащи и все такое.
– Вот это «все», сенатор, – объяснил Суонн, – полная чушь, сотню лет насаждаемая голливудскими фильмами и пару столетий беллетристикой.
Прародителем образа вампира, укоренившегося в массовой культуре, так или иначе является Дракула, вымышленный персонаж Брэма Стокера, и, в меньшей степени, Кармилла, созданный Шериданом Ле Фаню, а также сценические воплощения Дракулы и старые немые фильмы, как «Носферату». В них воплотились некоторые элементы европейского фольклора, адаптированные для пущего драматизма. С тех пор каждый писатель и сценарист подстраивает исходный шаблон сообразно своему художественному замыслу. И в результате сложившийся у вас и всех остальных образ вампира не имеет ничего общего ни по форме, ни по содержанию с чудовищами из народных преданий. Вампиры бывают всевозможных видов и размеров, от классического ожившего бледного трупа, до огненных светящихся шаров. Даже название «вампир» повсеместно используется только потому, что оно стало узнаваемым термином – все равно что называть все копировальные аппараты «ксероксами», а носовые платки «клинексами». Вампиры сильно отличаются в разных странах. В преданиях, обнаруженных среди древнейших сказаний ассирийцев, евреев, римлян и древних греков, вампиры вовсе не похожи на восточноевропейскую аристократию в норковых манто или гламурных подростков со странными прическами.
Некоторые сенаторы улыбнулись, но улыбка была натянутой.
– Чем же они отличаются? – спросил сморщенный старый сенатор из Коннектикута.
– Я написал много книг о…
– Расскажите нам вкратце, – сказал сенатор. – Что о них известно кроме того, что они пьют кровь?
– Кстати, начать можно прямо с этого. Вампиризм не ограничивается питьем крови. На самом деле, едва ли треть вампиров из фольклора – гематофаги, то есть кровососы. Что я хочу сказать: конечно, кровопийцы более широко известны, но многие вампиры нападают на людей, чтобы подпитаться жизненными силами, сексуальной энергией. Некоторые подпитываются эмоциями, другие верой, преданностью, даже знаниями. И совсем мало вампиров – некрофаги, поедают плоть.
– Боже праведный, – вздохнул сенатор, и несколько человек повторили за ним.
– Нам также известно, что у Майкла Фэйна и некоторых других недавно… зараженных проявляется невероятная сила и скорость, что согласуется с преданиями о вампирах. А вот будут ли у них развиваться другие черты, особенно качества и способности вампиров из других стран, мы не знаем.
– Что за другие способности? – спросил сенатор из Джорджии.
– Самые разные. Существуют легенды о вампирах, которые могут воздействовать на погоду, вызывать туманы и бури. Есть упоминания о румынском варколаке, способном вызывать солнечные затмения, хотя для этого пришлось бы изменить расположение планет Солнечной системы, что может привести к гибели Земли… так что этот вариант скорее всего можно исключить как слишком фантастический.
Суонн огляделся, ожидая очередных улыбок, но веселья как-то поубавилось.
– Ладно, давайте рассмотрим некоторые образцы вампиров, – сказал Суонн, по очереди загибая пальцы. – У западноафриканского асанбосама растут железные клыки и железные крюки вместо ступней, которыми он цепляется за ветви деревьев, свешиваясь вниз головой в ожидании жертвы, и нападает на людей. Тлахуелпучи из мексиканского штата Тлакскала отбрасывает собственные ноги и летает в образе хищной индейки, которая питается только кровью младенцев. Греческий вриколакас – это вампир, который чем больше крови выпьет, тем сильнее становится, но убить его можно только в субботу. Индийский джигарквар и русская еретика могут убить одним взглядом. Что удивительно, филиппинского вампира асуанга напротив можно отпугнуть игрой в гляделки – просто ждать, пока он не сдастся и не убежит. Уж поверьте мне, господа сенаторы, я могу продолжать еще очень долго. Существуют предания о сотнях видов и тысячах разновидностей вампиров. Даже о таких, которые снова становятся людьми, когда насытятся.
Сенаторы переглянулись, а потом опять уставились на Суонна.
– Не может же все это быть правдой? – спросил сенатор из Мэйна.
– Возможно, – допустил Суонн, – особенно о териоморфах.
– О ком?
