– Все замечательно, – ответила Стелла. – Особенно сейчас. В университете мне стало хуже, и я была вынуждена отчислиться со второго курса, но после замены сердечного клапана я снова стала как новенькая.
– Тогда зачем ежедневно сообщать об этом?
Стелла повернулась к нему, взвешивая свой ответ. Она полагала, что это вошло у нее в привычку и главным образом было связано с желанием не искушать судьбу. Если бы она написала: «Теперь я совершенно здорова и буду звонить только по воскресеньям, как любой нормальный человек», то судьба могла обрушиться на нее и наказать за гордыню. Но она не собиралась говорить об этом Джейми, поскольку такое поведение свидетельствовало бы об отсутствии здравого смысла.
– Это нетрудно, и я не хочу, чтобы они беспокоились.
– Но, может быть, как раз это и заставляет их беспокоиться. Это выводит ваше состояние на первое место в их мыслях и мешает им двигаться дальше.
У Стеллы пересохло во рту. Она не задумывалась об этом. Она слишком привыкла оставаться в центре родительского внимания, хотелось ли ей того или нет.
– Прошу прощения, – добавил Джейми. – Конечно, это не мое дело.
– Все нормально, – сказала Стелла. – Вполне разумная мысль.
Она не стала добавлять, что провела всю жизнь в предчувствии чего-то худшего и просто не умела жить иначе.
– Я только что обнаружил вот это. – Он наклонился и открыл браузер, потом быстро ввел поисковую команду. На экране возникла простая страница какого-то блога с заголовком «Афера Манро». Стелла посмотрела на Джейми:
– Знаете, вам бы не стоило гуглить собственное имя.
– Я знаю, – отозвался он. – Но посмотрите.
В блоке было только две публикации, датированные прошлой неделей. В первой была размещена фотография ночного дома с освещенными окнами, за одним из которых угадывалась фигура Стеллы.
– Черт побери, – тихо сказала Стелла. – Наш таинственный фотограф.
– Пожалуйста, свяжитесь с моим адвокатом, – попросил Джейми. – Посмотрим, что он скажет.
После ухода Джейми Стелла прочитала записи. Там было мало фактов, но много догадок.
«Джейми Манро известен опасными экспериментами, которые он ставит на себе, но в свете недавних событий можно предположить, что он распространил свои рискованные методы на других людей с разрушительными последствиями для их здоровья. Несколько месяцев назад местная девушка Элли Макдональд погибла при загадочных обстоятельствах, а недавно пожилая домохозяйка Манро была экстренно госпитализирована и еще не вернулась домой. Могла ли она стать последней жертвой печально известного „Проклятия Манро“?»
Солнце исчезло, словно прислушавшись к дурному настроению Джейми. Стелла надела плащ и вышла на прогулку по поместью, пытаясь высвободить накопившееся напряжение и заодно поддержать собак в нормальной форме.
– Иногда он бывает жутко сварливым, правда, Табс? – Она потрепала собаку по лохматой голове и рассмеялась, стирая остатки обиды. Она не хотела обращать внимание на случившееся, но желания не всегда исполняются.
Небо стремительно почернело, и хлынул ледяной дождь, жаливший ее кожу. Стелла позвала Энгуса и Табиту и побежала в дом. Все трое успели промокнуть и испугаться внезапного разгула стихии. Стелла обсушила собак старыми полотенцами, которые Эсме держала в обувной комнате, и дала им лакомства из специальной сумки на кухне. Энгус радостно валялся на лежанке и жевал, но Табита прилипла к Стелле и так близко следовала за ней, что едва не сбивала с ног.
Гроза бушевала весь день, и Стелла никак не могла вернуться к нормальной работе. Она избегала кабинета Джейми и смотрела в одно из окон наверху на мелькающие молнии и бушующее серое море. То и дело она гладила Табиту и внушала ей, что все в порядке, но она еще никогда так остро не ощущала уединенность этого места.
Пока море кипело, а дождь горизонтально хлестал по ландшафту, Стелла без труда могла вообразить морских чудищ, поднимающихся из глубин. Она надеялась, что в такую погоду спасательный катер из Моллэйга оставался у причала, а не отправился в море по срочному вызову. В такие моменты никому не стоило оставаться под открытым небом, уж не говоря о море.
