«9 октября 1848 года
Моя дражайшая Мэри,
я пишу это письмо, пока моего мужа нет дома, в обстановке строгой секретности. Пожалуйста, не рассказывай об этом отцу или любому другому человеку, ибо я не могу рисковать тем, что слух достигнет Эдинбурга, каким бы невероятным это ни могло показаться. Я совершенно здорова, но испытываю потребность снять с души это бремя, но здесь нет никого, с кем я могла бы поговорить откровенно.
Мистер Локхарт в последнее время был раздражительным, а вчера вечером пришел в крайнее волнение. Он заявил, что я вообще не забочусь о его благополучии и что я вместе со своими друзьями из светского общества сговорилась отваживать пациентов от дверей его дома. Его настроение вовсе не способствовало благоприятному для него поведению наших гостей за ужином, которые с большим воодушевлением рассуждали о „Симми“ – так некоторые из них теперь величают мистера Симпсона. С его любезных манер и приятной наружности они перешли к превосходным забавам во время трапезы. Мистер Лэнг заявил, что „Симми“ катался по полу вместе с его детьми, и они смеялись так, что свело животики. Миссис Лэнг попробовала его знаменитый хлороформ и стала такой неразумной и легкомысленной, что принялась изображать сельских животных, к большому удовольствию мистера Лэнга. Очевидно, миссис Лэнг никогда не видела кукушку, потому что она лаяла, как собака, и размахивала руками, как птица.
Я сказала мистеру Локхарту, что никто не может ожидать от него подобного поведения, поскольку у него еще нет собственных детей, но в один прекрасный день он сможет резвиться и смеяться с малышом, которого мы с таким нетерпением ожидаем. Это не успокоило его так, как я надеялась, и он даже заговорил о возможности взять ребенка откуда-то еще и о нежеланных детях, ожидающих выхода в этот мир. Когда я сказала, что не знаю никаких нежеланных детей, он сказал, что „еще неизвестно, кто из членов семьи может умереть“. И что „если человек уходит в мир иной, то остаются голодные рты, которые нужно кормить, и дети становятся обузой. А если умирает мать, то ее ребенка нужно отдать на воспитание в надежные руки“. Это было предупреждение, Мэри. Он должен расширить свой бизнес до того, как дитя появится на свет, иначе я не знаю, что он может сделать. Если бы я могла перевести стрелки часов вперед и родить здорового пяти- или шестилетнего маленького Локхарта, то я бы сделала это, но, увы, это невозможно.
Мэри, мне нужен твой совет. Что мне делать? Я постоянно говорю о его услугах и передаю ему даже самые незначительные комплименты, но это не помогает делу. Я чувствую себя не на своем месте, и я не особенно убедительная торговка чужой репутацией. Но кажется, у меня нет иного выбора. Я согласилась на это.
