Ваенга моего отца полностью

Авиация противника, сосредоточенная в северной Норвегии и Финляндии на аэродромах Хебугтен, Банак, Луостари и Рованиеми находилась под бдительным вниманием наших летчиков. К осени 1944 года неприятель утратил инициативу и отказался от активных боевых действий, а летчики-североморцы нанесли в этот год судоходству противника потери большие, чем подводные лодки. На счету отца и его однополчан – потопленные вражеские транспорты, плавбазы, мотоботы, парусные барки и боевые корабли: сторожевые, корабли-охотники за подводными лодками, гидроавиатранспорт, тральщики, быстроходные десантные баржи.

Они делали все это, и это было чудовищно, но иначе они не могли, другого выхода не было, и неизвестно, что страшней в такой мясорубке войны – гибель транспорта с грузом или гибель людей, в том числе и своих однополчан – друзей и просто хороших парней…

« 28.6.44 г. – Аэрокобра

Сопровождение 5-ти бомбардировщиков для бомбоудара по порту и гор. Киркенес.

Зад. выполнено.

Обеспечено потопление: 1 транспорт 8000 тон.

Повреждено: 1 тр. 8000 тон.

Опер св. шт. ВВС СФ № 180.

Командир 2 аэ 255 иакп капитан Самарков»

В тот день нашими бомбардировщиками при сопровождении истребителей «Обеспечено потопление: 1 транспорт 8000 тон».

Тонущий немецкий корабль – результат работы «5-ти бомбардировщиков» – результат далеко не единственный в этом жестоком театре военных действий. Горит сам корабль, выпуская клубы черного дыма, горит разлитый по воде мазут, горят тонущие люди – горят только сверху – снизу же коченеют от ледяной воды Баренцева моря…

А в Кольском заливе потерпели катастрофу два пилота – капитан В.А.Бурматов и старший лейтенант И.В.Лощиков.

Первый был вынужден сесть на воду и ценой неимоверных усилий остался в живых: «Совсем рядом сверкнула вода. Приготовился к приводнению. Истребитель брюхом коснулся водной глади и, как глиссер, вздрагивая и замедляя ход, заскользил по волнам. Успел отстегнуть ремни, приготовился к прыжку.

И вот машина, клюнув носом, встала. Я стукнулся головой о приборную доску, рванул дверцу кабины и окунулся в морскую пучину. К счастью, спасательный жилет удержал меня на поверхности. Пока освобождался от парашюта, наглотался солёной воды. И всё же сумел сесть в аварийную лодку… Крупные волны бросали её из стороны в сторону. Ледяная вода обжигала тело. Каменели руки и ноги, хотя высоко в небе стояло ярко – красное солнце.

Медленно тянулось время. И всё же надежда на благополучный закон не оставляла меня. Знал, что боевые товарищи придут на выручку, – таков девиз советских моряков. Трижды меня выбрасывало из лодки, и трижды я оказывался в ледяной воде. Когда силы, кажется, иссякли, посмотрел с тревогой в сторону невидимого берега. На горизонте в этот миг появились 3 едва заметные точки. Это были катера. Меня заметили. Вскоре один из них приблизился. И вот я на палубе, благодарю своих спасителей. Катер развернулся и, разрезая волны, быстро пошёл в сторону родной земли…

(Из материалов сборника – "В пламени сражений". Ярославль, 1978 год.)

Второго летчика сбил противник – лейтенант Лощиков погиб в студеных водах Баренцева моря …

Из документов:

28.06.44

255 полк

Аэрокобра

Кольский залив

ст. л-нт Лощиков И.В.

сбит ЗА противника

28.06.44

255 полк

Аэрокобра

Кольский залив

к-н Бурматов В.А.

посадка на воду

Кто оставался жив в те страшные дни войны – смелые или удачливые? Что имело решающее значение – умение или мужество? Кто теперь знает…

***

На заполярном аэродроме Ваенга не возникало сомнений, кто есть кто. Звание, должность и партийность значения не имели. Один полет на сопровождение торпедной атаки, и весь человек как на ладони.

Командиры 255-го истребительного авиационного полка также поднимались в воздух при первой возможности, и гибли, как и рядовые летчики:

Звание

Имя

Период

Примечание

майор

К.Е.Якушин

22.06.41 – ?

майор

Павел Алексеевич Панин

? – 26.08.43

Погиб

майор

Николай Герасимович Чертов

08.43 – 17.03.44

Погиб

майор

Александр Егорович Тульский

03.44 – 05.45