Вы спрашиваете о страхе? Черт побери, а у вас откуда такие вопросы и такие мысли взялись? Если я о внутренней сущности общества, и не только российского, буду здесь писать, озлобленных комментариев в мой адрес будет много. В любом обществе, грубо говоря, имеется только два процента тех, кто может воевать и руководить, и кто желает это делать. А остальные? Остальные тоже необходимы природе… Об этом я уже писал в первой книге. Но остальные 98 % не должны заниматься не присущей им деятельностью, они эффективно этим заниматься и не могут. У подавляющего большинства не выдерживает психика руководить людьми или воевать, участвовать в настоящей смертельной схватке. Так этот вопрос про страх задается теми людьми, которые из этих 98 %? Именно так. Часто после такого вопроса интервьюируемый боец зависает, а потом или начинает выдавать журналисту или спрашивающему из зала такое… Ну что хотят от него услышать, то и выдает. Или бывает так часто, что многие бойцы страх путают с чувством опасности, а это разные вещи. Чувство опасности может быть очень острым, но оно заставляет мобилизоваться, а не терять инициативу или активность. Страх — это путь к смерти. Это не чувство самосохранения. Не надо путать. И потом, разве боец о смерти в бою думает? Он думает о выполнении задачи. Иначе он не сможет воевать. Именно поэтому на войне речь может идти о тревоге, но не о страхе. Страх парализует, а смертельная опасность, вызывающая тревогу, может мобилизовать бойца, и все его знания, которые еще до этого спали в нем, в критической ситуации сам организм вспомнит.
Я уже писал о том, что тем, кто желает пойти на войну, необходимо в себя впитывать все, а не только курсы военных инструкторов, что само по себе важно очень. Необходимо быть в целом человеком развитым. Читайте литературу разной направленности, интересуйтесь техникой, историей войн и личностями, проявившими себя, к примеру, в Великой Отечественной войне, и у врагов своих тоже учитесь. По возможности, получите высшее образование, в вузе вас научат главному — проводить анализ по поступающей к вам информации, а после анализа раскладывать информацию по полочкам, то есть научат учиться. Да, научитесь учиться. И, немаловажно, в вас должна быть твердая мировоззренческая основа, как стержень, чтобы духом не упасть и быть уверенным в правильности ваших действий, когда вы истребляете врага.
В первой своей книге я приводил способы, с помощью которых человек настраивает себя на военную работу. Способы до банальности просты и очень эффективны. Но часто, и даже как правило у многих, когда они попадают в боевую обстановку, в сознании происходят изменения, просто там где-то мозг блокирует восприятие, и человек не воспринимает остро все то, что происходит вокруг… Как бы краски потухают. Не видишь ни красоты, ни ярких эмоций, и потому даже разрывы снарядов или мин воспринимаются как бы «через толстую кожу», приглушенно, что ли, не ярко… Наверное, это такая защитная реакция организма на окружающую критическую действительность. То есть о тревоге речь здесь еще идет, а о страхе уже нет. Кстати, часто очень потом и после войны краски и эмоции не врубаются обратно. Я заметил это и поначалу удивился: как я теперь жить буду? А потом даже обрадовался, так как в таком состоянии даже проще жить. Зато все адекватно и четко оцениваешь, и все понимаешь без лишней лирики. И да, еще…
Здесь недавно обнаружил в ленте новостей в ВК заметку, вроде что-то некролога. То ли школа, в которой учился когда-то молодой человек в кадетском классе, а то ли знакомые этого молодого человека выражают соболезнования в его гибели и говорят о том, каким он был хорошим человеком и как он любил Родину. Парню девятнадцать лет, уроженец Йошкар-Олы, и он погиб в Курской области. Служил в ВДВ. Вечная память этому бойцу! И поклон мой его родителям, воспитавшим достойного сына! С фотографии смотрит на нас молодой парень, лет семнадцати, в кадетской черной форме с красными погонами… «Жить бы ему и высот разных в жизни достигать», — думал я, глядя на это фото. Так вот. Я всегда на встречах со студентами обозначаю, что стране необходимы высокие специалисты, что завтра мы будем строить развитое производство, поднимать науку и на этом вот всем в том числе будет строиться и наша армия. «Хотите служить деятельно стране? — задаю я им вопрос и отвечаю на него: — Тогда поступайте в высшие учебные заведения, осваивайте знания, которые вам пригодятся и в военных конфликтах, и на производстве», — говорю я школьникам и кадетам.
