Перед отъездом за день, вечером, сидели с дочерью на кухне, разговаривали. Долго разговаривали. Я рассказывал ей о нашей семье, рассказывал даже то, что еще до этого ей не говорил. Говорил о ее деде — моем отце, рассказывал о ее прадеде и прабабушке, и про прапрадеда ей рассказывал, передавая свои знания, полученные мной от своего отца и деда. Затем я удивлял ее рассказом о том, как наша семья восстановила силы после потерь в Великой Отечественной войне. Говорил ей о семейных ветвях, раскинувшихся от деда моего и ее прадеда, и где и какие родные теперь у нее есть на этой земле, и в каких городах они проживают, и чем они занимаются. Затем наш разговор пошел снова о наших с ней предках, переключившись на историю страны и ее будущее. Я всегда, глядя на свою дочь Екатерину Львовну, отмечал, что молодежь у нас растет отличная, умная, сильная, эта молодежь не тащит за собой множество химер, наша молодежь смотрит вперед. Так и надо. Из старого хлама необходимо оставлять только самое полезное, остальное надо безжалостно сжигать, чтобы старые химеры не отравляли жизнь современным поколениям. Нельзя на примерах крепостного крестьянина или вельможного холопа учить современную молодежь новому, ведь новые времена порождают новые экономические отношения, и согласно этим отношениям рождается и новое мировоззрение. Потому любимые книжки отцов и дедов часто не понятны молодым людям. И значит, надо в литературу вводить новые времена и новых героев, которые родились при капитализме и желают строить капитализм с человеческим лицом, а не служить, как холопы своему барину. Ведь сейчас двадцать первый век, а не девятнадцатый. Хотя и здесь, конечно, мы должны обращать внимание молодежи на трудовые и военные подвиги наших предков, а также обязательно им говорить о достижениях в науке, технике и искусстве. Но, вспоминая героические свершения предков, необходимо более обращать внимание на их сильную генетику, природную одаренность, свойственную нашему народу по определению, и рассказывать о событиях истории как ступенях эволюции, которые проходит наш народ, совершенствуясь с каждым витком своего развития. Необходимо объяснять им, что и почему и от чего зависит то или иное событие, происходящее или произошедшее в стране. Научите понимать их жизнь, а не просто рассматривать картинки из жизни. Да… в тот вечер мы говорили и говорили о многом…
И вот 24 марта 2023 года. И снова автовокзал города Йошкар-Олы. Но во вторую командировку меня провожать уже собрались все. Пришла моя мать, Зоя Максимовна, моя дочь, Екатерина Львовна, и конечно же моя супруга, Татьяна Владимировна, тут же была. Я дал всем ценные указания и сухо, без всяких эмоций сказал всем «до свидания». Сел в автобус, следующий до Казани, и поехал. И снова железнодорожный вокзал Казань-1. В этот раз в Краснодар я поехал в СВ, чтобы народу вокруг меня поменьше было и чтобы не задавали лишних вопросов, так как я был в демисезонной военной полевой форме. Да, я сразу поехал в форме, чтобы не стоять в очередях на складе, и потом мне уже положено было являться на работу в «Вагнер» при всем своем.
В СВ я расположился согласно своему билету на правой полке. Повесил на плечики свою форму и остался в спортивных штанах и свитере. Две или три остановки ехал один, затем ко мне заселился мужчина лет так тридцати пяти. Он был не один, с ним были еще две женщины, которые явно принадлежали к одной компании, как я понял, коллеги, направляющиеся в командировку. Женщины — коллеги моего соседа поселились в соседнем купе нашего вагона. Иногда мужчина выходил из нашего купе и заходил к своим коллегам.
Мы с ним разговорились по дороге. Оказалось, что эта компания — медицинские работники, причем не простые врачи, а люди с научными званиями. Мой сосед оказался кандидатом медицинских наук, и ехал он на курсы повышения квалификации. Вся группа его ехала читать лекции. Мы разговаривали с соседом о медицине. Больше я задавал вопросы ему, стараясь не рассказывать, кто я и что я. Время тянулось в поезде не быстро, и эти сутки я все же посвятил сну и старался не думать о предстоящих событиях. Несколько раз звонил своей жене, и она мне сказала, что как только я уехал, то почему-то мне пришли от «Вагнера» деньги в количестве 60 тысяч рублей. Потом я узнаю, что такие же суммы еще два раза приходили — это получалось, что или по ранению, или отпускные. Я не разбирался по этому поводу, так как мне было не до этого…
Но поезд шел, и вот уже Волгоград. Остановка в Волгограде. Дверь моего купе открывается, и на пороге я вижу молодого мужчину в обычной демисезонной синей куртке, которую я и не запомнил толком, так как она была совсем обычная. В руках мужчины темно-зеленая гражданская сумка, какие обычно берут с собой в дорогу, и пластиковый пакет. Легкая небритость, как говорят, трехдневная щетина, придающая все же лицу особый шарм, и само его лицо выдавало в нем человека очень корректного. Лицо его было, скажу так: как из классики, смесь адекватности, интеллигентности и воли.
