«С воздуха бы их позиции самолетами переколошматить, смешать их с землей, — думал я тогда так обо всем этом. — Бахмут берут наши, но берут-то силами конторы, и всё людьми. Это возьми-ка микрорайон целый штурмами, а их, этих микрорайонов и высоток, там много», — размышлял я тогда обо всем этом. Да, в Великую Отечественную войну на гуманитарные акты не обращали внимания, когда города брали и цель была одна — Берлин. К примеру, нужно провести крупную операцию, зайти с флангов механизированными многочисленными стаями танковыми, бросить за танками пехоту, сомкнуть эти стаи и взять противника в кольцо, в котел, а затем уже бить его в этом котле. И где-то, как в шахматной партии, отсекать и предупреждать удары противника и снова наносить ему удары, проводя крупные войсковые операции. Противника надо уничтожать, а не отгонять подальше, чтобы он там закреплялся и готовился к новому броску на тебя. В ту Отечественную войну так и делали, уничтожали. Цель — подавить, уничтожить. Так воевали и цель была общая — Берлин, полная капитуляция Германии. Потому и победили. И промышленность наша тогда работала в полную силу, и была у нас такая промышленность — и гражданская, и военная, и страна была полностью мобилизована для войны и науки. Вот это я понимаю. Это война. А здесь отдельный контингент воюет и прикладывает для этого все свои силы, вытаскивая ситуацию на сверхвозможностях человека, и потому и героизм массовый — всем бы высшие награды государственные дал. Именно высшие награды.
Да. Не каждый воевать может. И дело ведь здесь вот в чем…
Почему ветерана-добровольца непременно уважать надо? А потому, что он из касты тех, кто может в руки взять оружие при любой угрозе для общества, он из той категории людей, что выходят вперед при любых критических ситуациях, возникающих в стране. Эти люди небезучастные ни к чему, они всегда при чем. Это активные люди. И исчезни завтра этот слой людей из общества — потеряет общество тогда энергию, силы жить, сражаться, а значит, и развиваться. Потому таких людей, как ветеран-доброволец, надо лелеять, уважать и беречь, ведь он и на гражданке, он в мирное время необходим. Этот человек и в мирное время встанет перед всеми и скажет: «Не согласен, неправильно вы говорите, а надо вот так делать», — и покажет, как надо, и предложит выход из плохой ситуации, и не промолчит, когда общество идет к краху, к пропасти, а спасать это общество будет и на войне, и в чрезвычайной ситуации в мирной жизни, и в целом будет обществу служить, пусть даже очень незаметно. А скольких еще людей он сможет научить? Многих. Он учить может даже учителей, и потому сам ветеран-доброволец и есть учитель для всего общества. Это своего рода золотой запас России и есть. Элита — это вот про таких людей как раз.
Разве Чубайс элита? Нет, это банальный опасный паразит, который пробрался в свое время в руководство и затем поедал страну изнутри, и мало того, что поедал, но еще и яйца отложил, из которых личинки появились. Вот так, разве вы считаете микроба или глиста, который пробрался к вам аж до мозга, неотъемлемой частью вашего организма, причем еще и элитным органом? Нет, не считаете, и здесь все так же. А разве, к примеру, мафия и мафиози могут являться для страны элитой? Нет, это паразиты обыкновенные, а героев из них сделали в свое время киношники и писаки разные, окружив образ паразита ореолом чего-то там необыкновенного. Кстати, все паразиты не обладают развитым интеллектом, они просто копируют человеческое общество, перенимают опыт людей, и структура их изнутри очень до ужаса проста — главари, посредники и мелкая тварь разная, плюс еще чиновники, как это в Италии про комиссара Каттани. Симбиоз преступного капитала, бандитских формирований и госаппарата.
Да, чтобы ненавидеть коррупцию и мафию, надо с детства нужные книги читать, и фильмы нужны смотреть, такие, например, как «Спрут» про Коррадо Каттани. Я вот смотрел в детстве и очень любил этот фильм. Так вот… Настоящая элита — это те, кто служит интересам народа и готов ради этих интересов рисковать своей жизнью. Элита — это те, убери которых из общества, и общество падет. Военные, интеллектуалы-мыслители, люди производства — вот элита, и в каждой этой категории есть свои ступени. Не удивляйся, читатель, ведь мои книги всегда пытаются тебя чему-нибудь научить, я пишу не для картинок и не для того, чтобы тебе стрелялки показать.
