– Мне приснилось, что ты танцевал с девушкой, – продолжаю я. – Она прибыла на бал около одиннадцати, одетая в маску в форме бабочки, украшенной драгоценными камнями и драконьей чешуей. Платье усыпано бабочками и фейскими цветами. От одного взгляда на нее у тебя перехватит дыхание. Ты поцеловал ее, и было такое ощущение, что ты знаешь. Я думаю, что ты уже догадался. Ты, наконец, встретишь ее.
– Мою истинную любовь? – на удивление тихо спрашивает он.
– Это хорошо, потому что, кажется, мне снились знаки из пророчества Фелициты.
Он удивленно поднимает бровь.
– Окровавленное тело – твое, – покрытое розами.
Сайрус изучающе осматривает меня с ног до головы.
– У тебя есть присказка, которую ты используешь, когда врешь.
Мое лицо кривится.
– Нет. Нет у меня никакой присказки, – отвечаю я, продолжив на одном дыхании, – о чем ты?
– Что я получу взамен?
В его словах есть доля лукавства, больше походящая на флирт. И его улыбка меркнет, когда его осеняет та же мысль.
В эти воды нам заходить еще не приходилось, не когда мы находимся в такой запредельной близости друг к другу. Дыхание и сердцебиение сбиты после побега из бальной залы. Я бы не спутала это ни с чем другим, но…
– Вайолет, – Сайрус откашливается.
– Путь к любви истинной всегда непрост, – выпаливаю я в то же время.
Он вздрагивает.
Облизав губы, я продолжаю зачитывать ему пророчество:
– Примет ли… выбор твой король, вот в чем вопрос. Любовь твоя придет внезапно, но покинет тебя с наступлением заката…
– Где ты это слышала?
Он кажется удивленным, даже немного напуганным.
– Я тебе говорила. Во сне.
– Баликийская Провидица, которую я встретил в своей поездке… Она сказала мне то же самое.
– Слово в слово?
Так это все-таки была одна из Судеб, кто говорил со мной. Говорили ли они с другими Провидицами помимо меня?
– Но твой отец сказал мне, что ты не получал никаких пророчеств относительно любви.
Он пожимает плечами.
– Я соврал. Он же ее не примет, верно?
Простота его ответа меня шокирует и, вероятно, открывает, потому что он вздыхает.
– Что ж, я все-таки лицемер. Счастлива? Я и Мирабель сейчас наврал, если тебе так важно это знать.
– Что?
– О моей личной благодарности ее дядюшке за то, что я смог его приструнить за хищение богатств Баликии.
Я все еще ничего не понимаю. Мы всегда говорили о разных вещах.
– Добыча драконьих легионов?
– Тринадцатый и Четырнадцатый доминионы позволяли своим драконам хозяйничать в горах рядом с границей. Они летали в рейды на юго-восток в Балику и возвращались в земли Эвинии с карманами, набитыми чужим золотом. После стражи захватывали награбленное и уничтожали их. Справедливо сказать, что возвращали мы далеко не все, что было похищено там. Я разбирался с этим все утро.
Грязная уловка. Неудивительно, что к границам отправлено столько драконов. В менее развитых частях страны они что-то в роде паразитов, нападают на деревни в поисках чего-нибудь блестящего и изрыгают огонь, если их спровоцировать. У нас были бы большие проблемы, будь они такими же огромными, как их прародители, но сейчас нам приходится бороться только с их плодовитостью и загребущими лапами.
И, судя по загребущим лапам наших герцогов, я ничуть не удивлена. Жители Эвинии могут сколько угодно притворяться, что будущее зависит от благосклонности Судеб и что везет только тем, кто этого достоин, но судя по тому, что я видела в нитях судьбы моих посетителей, мне ясно, что поистине добрая душа одна из тысячи. Остальные же из нас просто надеются, что их никто не поймает за руку.
– Ты мог сказать мне хоть что-то, – продолжаю я ворчать, а в груди неровно бьется сердце.
– И что бы ты сделала?
Сайрус выглядит на удивление расслабленным, руки его лежат в карманах брюк. Он уже никуда не спешит.
– Не знаю, я только об этом услышала! Но если бы ты спросил, я могла бы что-нибудь придумать! Понимаю, принцесса, ты мне не доверяешь, но стоило дать мне хотя бы шанс.
– Уже. Всегда давал.
– И понизь уже свои чертовы стандарты, когда сам тоже что-то скрываешь. – Я смотрю на него с прищуром. – Мог, по крайней мере, рассказать мне об этом предсказании Провидицы. У всех истерия на фоне того, что ты не можешь найти любовь, а ты сидишь спокойно, зная, что волноваться тебе не о чем.
– Сложно поверить в то, что еще не произошло. Меня всю жизнь преследуют пророчества, и все они туманны. – Он рассматривает потолок с великим интересом, а на его лице мелькает буря эмоций. – Этому балу суждено случиться, я думаю. Платье, усыпанное бабочками и цветами фей. Это уже что-то.
– Что еще ты слышал? Если другие Провидицы что-то еще говорили, то это могло бы мне лучше трактовать мои сны.
