Вайолет, созданная из шипов полностью

Я вижу в тебе себя: ту, кто тянется к людям, которые обречены ее предать, которые никогда не смогут тебя полюбить так, как тебе бы хотелось. Они никогда не видят того, что ты Видишь.

В горле пересохло.

– Я не понимаю, о чем вы говорите.

Не отрицай этого. Это место тебя не заслуживает. Как и твой принц. Если в тебе осталось хоть немного здравого смысла, убей его до того, как его предательств станет слишком много. Выполни желание Судеб, и ты будешь вольна жить так, как пожелаешь.

Ненавистная часть меня хочет поверить всему, что она говорит, потому что я сама верю в часть этих слов. Сайрус отбросит – если уже этого не сделал – меня в сторону. И он точно меня не достоин.

Но лучшая часть меня знает, что эти голоса специально направляют меня на путь, полный крови. Кем бы они ни были, они близко знакомы с пророчеством и с тем, какие возможности открываются в будущем. Настолько хорошо знакомы, что, возможно, сами стоят за недавними событиями. Они первыми явились ко мне, подготовив информацию, которая заставила бы Сайруса доверять мне, а меня – доверять им.

– Если Сайрус умрет, что станет с монстрами? – осторожно спрашиваю я. Пусть думают, что я в большем отчаянии, чем они. Позволю им рассказать больше. – Кровавая бойня и война настанут? Как мне их остановить?

Это не твоя проблема.

– Мне снились войны. Я видела, как разрушительны они могут быть.

Война настанет без тебя. Этот мир омыт кровью и пеплом. Построен на войнах.

Смутно вспоминаю желание короля Эмилиуса создать империю. Где-то в его планах наверняка значатся военные действия, как одна из возможностей достижения поставленной цели. История подтверждает, что мы уже достаточно хладнокровны и жестоки и без вмешательства богов. Голоса правы в одном: с пророчеством или без, время крови и войны настанет.

Я чувствую. Ты во мне сомневаешься.

Я обнажаю свои зубы.

– Если вы так хорошо меня знаете, то не должны удивляться моим раздумьям. Я все еще не знаю, кем вы являетесь. И не желаю сжигать мосты между мной и королем, чтобы потом зависеть от новых.

Неважно, чего ты хочешь, но все связи в итоге окупятся, маленькая звездочка. Когда ты познаешь всю глубину своих сил, только тогда станешь настоящей Провидицей.

В их словах чувствуется яд. Я чувствую, как нити сковывают мои запястья. Но их речи так соблазнительны, а обещания новы. Стоя на скользком краю своей башни, я еще никогда не чувствовала себя такой потерянной. Ветер мог бы утянуть меня вниз на землю, такую далекую, что у меня появилось бы достаточно времени, чтобы пожалеть об этом. Короли и проклятья, девушки и боги – вот составляющие хорошей сказки. Я же лишь пролила кровь и задала вопрос.

Смогу ли я пережить убийство Сайруса? Мне никогда не нравилось, как легко люди говорили о предназначении и судьбе, словно сами не имели к ним никакого отношения. Как они перекладывали вину с себя на звезды, обвиняли Судьбы за свои собственные решения. Шип в моей руке стал ощущаться тяжелее. Если я решу пронзить им сердце Сайруса, то не буду винить никого, кроме себя.

Не медли. Нити должны быть сотканы.

Я смотрю на небо, усыпанное звездами, с новой волной отчаяния и ищу источник безумия.

– Я хочу знать больше.

Какая жадина. Что ж, я расскажу тебе про еще один обман: женщина, которую ты знаешь под именем Рея, ответственна за появление чудовищ во дворце.

– Что?

В это же время раздается другой крик, настоящий, который должен существовать в реальном мире.

– Вайолет!

Голос раздается выше по лестнице, где виднеется знакомая высокая фигура. Она приближается ко мне, когда сон разбивается, и эхо смеха в ушах стихает.

Башня ломается пополам, виноградные лозы распутываются, открывая небо, полное невиданных цветов. Задыхаясь, я протягиваю руки к фигуре, и та протягивает ко мне свои.

Земля уходит у меня из-под ног.

Боль помогает мне проснуться. Когда открываю глаза, мир слишком тусклый. Я там же, где потеряла сознание, на холодном лакированном полу комнаты предсказаний. Где-то сбоку в камине мерцает огонь, а вычурная подушка со скамеечки для ног засунута под мою пульсирующую голову.

И в комнате я больше не одна.