– Не совсем. В пентаграмме в пятиконечную звезду вписана голова дьявола, здесь вместо нее что-то вроде ритуальной чаши, а над ней звезда четырехконечная. Этот символ опоясывает тройная линия, которая обрывается у центра звезды, между ее вершинами. То есть звезда наполовину выходит за рамки этого круга.
– И никто не знает, что он означает?
– Нет, но есть предположение, что четырехконечная звезда олицетворяет четырех всадников апокалипсиса, обрывающаяся линия может символизировать рождение и смерть, а чаша означает самого дьявола.
– А тройная линия?
– Здесь все сложнее. Это могут быть три шестерки, видоизмененные, либо библейская троица. Также это может означать три царства. Но все эти варианты могут быть неверны.
– Чертовщина какая-то, – сказал Купер.
Все это время он внимательно слушал разговор. Лицо его было бесстрастным.
– Точно подмечено, Купер. Именно чертовщина.
Балм пытался сохранить скептическое выражение, но губы его дрогнули. За долгие годы службы подобное встречалось впервые. Поверить в то, что Вальё мог внушить какие-то идеи было глупо, но не лишено смысла. Другие объяснения звучали еще менее приятно, потому пришлось удовольствоваться этим.
– Нужно еще раз посетить квартиру Саймона, – заключил капитан.
– Зачем, думаешь мы что-то упустили? Кроме этих символов и дневника мы ничего полезного не нашли, – сказал Купер.
– Но и знака, о котором говорила Трейси, мы не увидели. А он должен быть. У всех пострадавших наблюдалась повышенная тревожность, верно?
– Да, – ответила Трейси.
– Этот парень мог что-нибудь спрятать. Чтобы мы нашли, и не нашел он. Под Вальё за помощью не обращаются напрямую, лишь оставляют следы. Попробуем разрешить эту загадку. Я пока продолжу изучать дневник, Трейси, попытайся еще поискать упоминания об этом символе. Должен же он где-то быть. И распечатай картинки с этим знаком. Нужно найти его в квартире Саймона.
Трейси кивнула и поднялась с кресла.
Сейчас около одиннадцати вечера, я все никак не могу успокоиться. Эта ночь выбила меня из колеи. Состояние крайне тревожное. Сегодня я решил не спать совсем. Временами я не могу себя контролировать, и некоторые минуты моей жизни совершенно выпадают из памяти, я могу очутиться в кухне, хотя последнее мое воспоминание относится к комнате. Сейчас я обнаружил себя, достающим таблетки из-под кровати. Решил сегодня не принимать, хотя во время провала я не смогу никак себя остановить. Спрятал их в другом месте.
Мне хочется рассказать еще один сон, он совсем не был похож на первый, и я все видел от первого лица. Я был зрителем, лишь наблюдал за действиями другого человека. Это была молодая девушка, может быть около двадцати пяти – двадцати семи лет. Некоторые кадры обрывались, и я оказывался уже в слегка другом месте. Что это была за девушка, я не знаю. Помню только ее имя.
Все началось возле клуба, девушка была уже слегка пьяна и неровной походкой двигалась к нему. Вход ей перегородили двое мужчин во фраках – охранники, было очень громко, и я не расслышал ее разговора с ними, но по тону я заметил, что она с ними заигрывает. Один хранил на лице каменную печать, а другой улыбнулся девушке, что-то прошептал ей на ухо, отчего она засмеялась, и пропустил ее внутрь.
Она была одна, без подруг. Сначала она села за бар и заказала пару коктейлей. Я смотрел ее глазами, поэтому заметил, как много мужчин пялилось на нее. Впрочем, это было неудивительно, яркое обтягивающее платье с коротким вырезом, изящные движения, ее смех и улыбки, все это подталкивало парней на нее смотреть. Да и фигура у нее была что надо, когда на нее так глазели, она не раз опускала взгляд, закрываясь длинными ресницами, и тогда я мог видеть вырез и… в общем, ее формы.
Я чувствовал себя крайне неловко. Смотрели на нее, но взгляды то видел я. В этот момент мне стало ясно, насколько опасно девушкам разгуливать по клубам в одиночку. Взгляды, что я ощущал, были животными, похотливыми, я был маленьким загнанным зверьком в клетке с волками. Несколько раз к ней подходили знакомиться, но она всех отшила, за это я ей благодарен.
Подкаты мужчин выглядели также неловко, как я ощущал себя. В общем, мне было стыдно, «никогда так не сделаю, и так тоже», – так я постоянно думал.
– Ну привет, – к девушке подошел какой-то парень и, облокотившись на барную стойку, усталым и пьяным взглядом принялся ее рассматривать.
Его глаза как бы случайно скользили по всем изящным местам, остановились на вырезе, затем спустились ниже, все это было сделано быстро, а девушка будто бы ничего и не заметила. Она слегка ему кивнула, но внимания не обращала.
– Можно позна… познакомиться? Ты такая… очаровательная, – взгляд его блестящих от алкоголя глаз силился остановиться на глазах девушки, но из этого ничего не вышло. – Я Тони.
– Эмили, извини, но я не знакомлюсь, – я обрадовался, не хотелось бы наблюдать сцены, что могли последовать дальше.
– Есть парень?