– Как хорошо, что у меня нет проблем со своей маскулинностью, – весело замечает он. – Иначе меня взбесило бы предположение, что я неидеален.
Кажется, это самое волнующее и важное событие из всех, что происходили со мной до сих пор, и это лишь тонкий ломтик невероятного блеска той прекрасной жизни, которая будет у меня вскоре.
Мэгги просовывает в дверь голову, и я радостно машу ей с того места, где терпеливо сижу в углу, ожидая своей очереди.
– Мы будем звездами с обложки! – в восторге объясняю я ей. – Со статьей на восемь страниц, представляющей новое поколение Валентайнов! Бабушка все устроила! Какой приятный сюрприз, правда?! Мне кажется, это лучший на свете подарок!
– Лично я предпочла бы новую посудомойку, – говорит Мэгги, проводя рукой по спинке стула. – Господи, я же никогда не вытираю здесь пыль!
Как завороженная я смотрю на случившийся хаос. Для меня очень важно впитать все до мелочей, потому что в ближайшем будущем, вероятно, у меня будут фотосъемки каждое утро, интервью каждый полдень и…
О-о-о! Ассистент фотографа такой классный!
Невысокий блондин, сейчас он наклонился над какой-то коробочкой, так что над брюками виднеется краешек его голубых трусов. Конечно, именно так я и встречу своего единственного! В собственном доме! В нашей гостиной! Это уже второй приятный сюрприз, посланный мне мирозданием!
Лучше пойти и поговорить с ним до того, как случится моя полная гламуризация. Мне нужно знать, что ему нужна именно я настоящая.
ЮНОША
Не знаю, кто вы, прекрасная девушка, но я только что поднял взгляд от этой своей коробки и сразу же без ума влюбился.
Выпрямив спину, я подкрадываюсь к нему сзади.
Потом небрежно прислоняюсь к стене, откидываю голову назад, разглаживаю свою футболку с надписью I LOVE YOU A LATTE и откашливаюсь.
– Эй, привет, а кто вы по зна…
– П-привет, – мямлит он, протягивая руку Эффи. – П-приятно о-ознакомиться… П-пруятно у-узнакомиться… П-приятно… Черт!
Мой избранник заливается краской и выходит из комнаты.
Еще одно провальное интервью на роль главного романтического героя. Честно говоря, в последнее время очень плохо с кадрами. Не теряя присутствия духа, я начинаю рассматривать вешалки с одеждой, которую можно одолжить на время съемок.
– Я вчера прочитала, что матери там все переделывают, – шепчет кто-то с другой стороны вешалок. – Нос, грудь, глаза, щеки, колени. Вот почему никто не видит ее: они меняют в ней детали одну за другой, как в старом автомобиле.
– Колени? – выдыхает кто-то в ответ. – А разве так бывает?
– Конечно, бывает. К тому же горячему муженьку нужны другие колени, помоложе, не такие дряблые, если ты понимаешь, о чем я.
– Как это грустно, когда исчезает природная красота. Это как смотреть на яблоко, которое портится в корзине для фруктов. Дочка, которую мы нарядили в золотое, взяла лучшее с обеих сторон, правда? Посмотри, какое лицо! Но вялая, как кочан капусты. Всегда одинаковая.
Чувствую, что у меня горят щеки; моя любимая Эффи не капуста! Это редкое, исключительное сочетание красоты и доброты! К тому же мамины коленки очень бодрые. Я их обе видела.
– Вообще-то, – продолжает второй голос, очевидно, отпаривая брюки, – кого мне действительно жаль, так это старшую сестру. Что за нос. Что за тени на глазах в стиле девяностых. А ведь она была очень классной в свое время. Помнишь то шоу?
– О боже, правда? Но ее нельзя винить… Как думаешь, она…
– Здравствуйте! – Я решительно раздвигаю ряды одежды и просовываю внутрь голову, доверительно улыбаясь. – Если вы не слишком заняты, может быть, теперь вы и меня подготовите к съемкам? Также, если хотите, можете получить мой автограф.
Делаю шаг вперед и вручаю им свои заранее подписанные фотки.
Главным образом потому, что я
– Извините, – говорит более высокая, уставившись на меня, – а вы кто?
– Хоуп. – Я решила немного покружиться, чтобы они могли на глаз сразу снять с меня мерки. – Самая юная из Валентайнов, а скоро стану и самой знаменитой. Конечно, я в самом конце вашего списка, но можете не беспокоиться. Я уже прекрасно обучена тонкому искусству
Они с ужасом смотрят друг на друга, потом, наверное, решают, что я не могла услышать их разговора, и заметно расслабляются.
– Беатификация – это ведь процедура, которую совершает папа римский, чтобы сделать кого-то святым?
– Ага, – кивает вторая. – Но, конечно, в этом нет никакого вреда.
– От меня точно не будет никакого вреда, – уверяю я их с сияющей улыбкой. – Наоборот, вы увидите, что я совершенный
В полном восторге я выбираю шикарное фиолетовое платье от Веры Вонг.
