В «Материалах по II пятилетнему плану народно-хозяйственного развития СССР (второй вариант)» фантастические замыслы начинают подвергаться корректировке в сторону снижения, но еще очень робко. Так, задание по добыче нефти снижается со 138 млн тонн до 120 млн, по добыче угля – с 550 млн тонн до 435 млн. Но эти планы все еще не избавились от фантастических преувеличений: производство в группе «А» промышленности намечается увеличить за пятилетку в 5,65 раза, ставится задача произвести 1,8 млн автомашин, 225 тыс. тракторов, 1,5 тыс. электровозов[650].
В новом черновом варианте пятилетнего плана, который разрабатывался в июле – августе 1931 года, Куйбышев идет на дальнейшее снижение планируемых показателей. Вероятно, реальные итоги выполнения заданий первого пятилетнего плана заставляют уже задумываться над тем, кто будет нести ответственность, если и задания второй пятилетки также не будут выполнены? В составленной записке планируемый уровень выплавки чугуна в 1937 году снижается с 60 млн до 39 млн тонн, добыча нефти – до 105 млн тонн, добыча угля – до 385 млн тонн, производство автомашин – с 1,8 млн до 1,5 млн штук. Общий рост промышленности группы «А» намечается уже не в 5,65 раза, а в 4,78 раза. Но задания по производству тракторов и электровозов остаются прежними[651].
Обсуждение этого варианта плана партийным руководством принесло неожиданные для Куйбышева результаты. Будучи уверен в приверженности Политбюро и лично И.В. Сталина линии на максимально возможные темпы роста, он лишь понемногу отступал в своих проектировках от первоначальных абсолютно нереальных цифр. Но тут ветер подул в другую сторону. Вот что пишет об этом сам Куйбышев:
«Работа по контр. цифрам 32 года, ведшаяся в Госплане с марта месяца, пошла по-существу на смарку. Директивы так и не утвердили, предоставив ведомствам к концу октября представить по своему усмотрению (в области капитальных работ) контр. цифры, которые потом Госплан должен штопать и подминать под общие лимиты. Это нельзя иначе рассматривать, как большой мой провал. И хотя формулу о предоставлении ведомствам самим войти с их проектировками капитальных работ предложил я сам, но сделал это видя полную безнадежность добиться утверждения наших проектировок (вопрос длился обсуждением уже 2 месяца). Еще больший, прямо катастрофический провал, был по пятилетке! Вместо 45 млн. тонн чугуна к концу пятилетки принято 25 млн. тонн. И что хуже всего я принужден по честному согласиться, что я оказался не прав. Ты понимаешь, что план на 25 млн. тонн это совсем другой план, чем на 45 млн. тонн. Выходит опять, что, начиная с апреля месяца, я заставлял работать аппарат Госплана на совершенно иной базе. Тут сказалась моя оторванность от С.[652], моя проклятая скромность, не позволяющая мне отрывать С. для дачи мне советов и директив в моей работе. В своей работе я старался отгадывать директивы хозяина, надеялся на своё чутье. Высказывание С. за 25 млн. я понял как лишь призыв к осторожности, думал, что нужно тщательно подсчитать технические возможности. Подсчитав, я пришел к выводу, что 45 млн. – технически возможны и этого никто не сможет опровергнуть. Но благодаря моей оторванности я не знал, что тут есть большой политический замысел, замысел абсолютно правильный, как я в этом теперь убедился. Дело в следующем: 45 млн тонн – технически возможны, но это означает дальнейшее напряжение и отрыв из народного дохода огромных средств ежегодно, средств, которые, будучи направлены на легкую индустрию, могли бы в большой степени поднять материальный и бытовой уровень жизни рабочих и колхозников. 25 млн. тонн, являясь задачей тоже не маленькой (в этом году мы едва добудем 6 м. тонн), в то же время даст возможность коренным образом изменить дело с животноводством, с пищевой промышленностью, с легкой индустрией вообще и тем самым лучше одеть, обуть и накормить рабочих. Одним словом я стал сторонником 25, только вчера внеся предложение о 45. Провал явный»[653].
Да уж – «старался отгадывать директивы хозяина» – и не отгадал. Действительно, провал. Может быть именно этим ощущением было вызвано прошение Куйбышева об отставке в его письме Кагановичу от 10 августа, а ссылка на межведомственные трения была лишь предлогом? А что касается технической возможности произвести 45 млн тонн чугуна в 1937 году – так и 55 млн, и 65 млн тоже технически возможны. Если ограбить все остальные отрасли и бросить все ресурсы на возведение новых металлургических комбинатов, расширение добычи железной руды и коксующихся углей, то можно и больше выплавить. Только куда приведет экономику эта погоня за фантастическими цифрами?
В октябре 1931 года на плечи Куйбышева ложатся новые обязанности – постановлением Совнаркома от 17 октября 1931 года образуется Комитет резервов при Совете Труда и Обороны, его председателем назначается Куйбышев.
