Несомненно, в этом деле присутствовала и определенная политическая подоплека. Сталин не раз высказывал недовольство разработками ЦСУ (в том числе и вполне резонное), но главным все же был независимый статус ЦСУ как самостоятельного общесоюзного ведомства, что делало его источником независимых оценок хозяйственного и социального развития. В условиях, когда политическое руководство проявляло склонность не считаться с объективными экономическими обстоятельствами, сложно было ожидать терпимости к появлению подобных независимых оценок. Однако, как мы увидим ниже, реорганизация сама по себе не предотвратила появление неудобных для партийного руководства статистических данных.
В течение 1930–1931 годов статистическая служба претерпела ряд реорганизаций. В начале 1930 года она была преобразована в Экономико-статистический сектор (ЭСС) Госплана СССР. Затем, в 1931 году, уже при Куйбышеве, служба сменила название на Сектор народно-хозяйственного учета Госплана СССР. Наконец, в декабре 1931 года статус статистического ведомства внутри Госплана был повышен с сектора до управления – было создано Центральное управление народно-хозяйственного учёта (ЦУНХУ) Госплана СССР[644].
В области плановой работы, помимо составления второго пятилетнего плана, с Куйбышева не снимались обязанности по текущему народнохозяйственному планированию. И здесь можно было увидеть упорное нежелание Политбюро считаться с фактическим положением вещей. Это видно из решений Политбюро ЦК ВКП(б) от 16 декабря 1931 года[645]. План по приросту промышленного производства в 1931 году (как и в предыдущем) потерпел полный провал: прирост составил лишь около 20 %. Прирост сам по себе огромный, но план-то требовал обеспечить 45 % прироста! Тем не менее, хотя задание на 1932 год было снижено, требовалось обеспечить прирост промышленного производства «всего» на 36 % – оно оставалось столь же фантастическим. Если в 1931 году фактический общий объем капитальных вложений составил 16,1 млн руб. при плановом объеме более 18 млн, то на 1932 год планировалось мобилизовать 21 млн руб. капиталовложений. Официальные публикации Госплана продолжали говорить о возможности выполнения пятилетки в четыре года: «…мы можем добиться и добьемся, что пятилетка будет закончена в четыре года»[646]. Правда, о требовании Сталина выполнить план по ряду важнейших отраслей в 2,5–3 года уже не упоминается.
Тем временем под руководством Куйбышева в Госплане шла разработка второго пятилетнего плана. Она также поначалу несла на себе отпечаток ничем не обоснованных замыслов как-нибудь исхитриться за 5 лет экономически обогнать ведущие мировые державы.
Госплан СССР в одном из своих подготовительных документов весной 1931 года, в частности, делал такую заявку: «Основной установкой в наших проектировках является директива VI съезда Советов о том, чтобы в течение 10 лет перегнать передовые капиталистические страны. Если эту директиву понимать буквально, то следовало бы сроки для выполнения передвинуть к 1940-му году, а для 37 г. проектировать значительно низший уровень производительных сил. Однако мы считаем, что для того, чтобы в 40-м году перегнать по всем показателям капиталистические страны, необходимо уже в 37 г. создать производственную базу, по мощности не уступающую американской»[647]. Согласно первоначальным наметкам, в 1937 году необходимо было добыть 130 млн тонн нефти, 550 млн тонн угля и 115 млн тонн торфа[648]. Другой документ, подготовленный Госпланом к июню 1931 года, намечал в 1937 году выплавить 60–65 млн тонн чугуна. При этом говорилось, что ежегодный прирост производства в черной металлургии на 40 %, «исходя из имеющегося у нас опыта, не представляется чем-либо невозможным»[649].
Между тем если действительно исходить «из имеющегося опыта», то стоило бы сделать вывод, что и годовой прирост в 20 % является едва ли посильным для советской металлургии. Правда, забегая вперед, можно отметить, что в 1934 году был-таки достигнут прирост производства чугуна аж в 47 %. Но это был единственный случай, в основе которого лежал одновременный ввод в строй мощностей, начатых строительством еще в 1929–1930 годах за счет колоссального перенапряжения в сфере капитальных вложений. И то это позволило достичь лишь уровня производства, запланированного еще на первую пятилетку. А проектируемая Госпланом на 1937 год цифра в 60–65 млн тонн чугуна была достигнута только в начале 60-х годов ХХ века. По этому же документу добыча нефти в 1937 году проектировалась в 138 млн тонн, угля – 550 млн тонн.
