— Какие? — рассмеялся Лёва. — Процентодержатель! — Длинный нос его победно хмыкнул.
Елена Юрьевна вскипела:
— Пусть он дома свои проценты держит, подальше от «Икара». На работе он чем занимается?
— Как чем? Порнушкой в сети, стреляет, пиарится в «Одноклассниках»! — выдал горькую правду компьютерный гений и рассмеялся. Петя тоже загоготал. Одиночные сотрудники стеклянного зала затаили дыхание.
— Как стреляет? — схватилась за голову Елена Юрьевна. — Лёва, почему ты ему заглушку не поставил? У всех заглушки. Почему Яновичу не сообщил, не доложил?
— Как же, не доложил! — ответил Лёва, повышая тон обиды в голосе. — Этого бугра попробуй тронь, у него зависимость уже — ни дня без боя! А Яновичу всё фиолетово. Он у меня весь год одно и то же спрашивает: «Как репликация прошла?» И убегает, я и рта не успеваю открыть. Да и на работе он, как пингвин на экваторе, редкий гость.
Главная женщина закусила сухие губы:
— Пить хочется, — сказала она и встала у окна. — А знаете что? Друзья-коллеги, ступайте домой. Берите такси. Завтра рассчитаю всех. Ступайте.
Одиночные сотрудники перенеслись на остановку такси со скоростью приведения, как будто и не было никого. Лёва и Петя умчались на кухню за водой. Они знали, что Елена Юрьевна ничего, кроме воды и кофе, не пьёт, даже чая или молока. И кофе варит как лучший в мире бариста и пьёт только тот кофе, который варит сама. И Лёва с Петей на работе пьют только тот кофе, который готовит Елена Юрьевна в медной турке, неприкосновенной для любого другого сотрудника, особенно для новой секретарши.
А сейчас главная женщина подпирает лбом стекло и дышит неровно, как будто хочет вдохнуть как можно больше воздуха. Волосы её, прямые, светлые, растрепал сквозняк.
Выбегая из кухни, компьютерный гений замер у входа в стеклянный офис. Водитель Петя пошатнулся на худых, обтянутых джинсами ногах и чуть не выронил литровую бутыль с водой. Друзья уставились на свою покровительницу, купающую уставшее лицо в сквозняке, и переглянулись, убеждая себя, что всё увиденное — правда. У Елены Юрьевны за ухом, по дуге обнаружилось тату из трёх слов на английском. Материнский образ главной женщины рассыпался в момент.
— Ну, — выдавил из себя Петя, — мы тоже с Лёвой на тачку… Мы на одной… Мы рядом.
— Мы рядом, — подтвердил Лёва, не мигая европейскими карими глазами.
— Конечно, — пришла в себя главная женщина, — ступайте.
— А вы?
— А я? Скоро муж подкатит на джипе…
Водитель Петя сгрёб обалдевшего друга и потянул его к выходу. Он теперь сбегал от неизвестной ему женщины, которую ещё минуту назад хотел подвезти домой на своей машине, потому что роднее человека на «Икаре» у него не было.
— Ну и облом, — прошептал Лёва и вздрогнул, незнакомая женщина окликнула его.
— Лёва! Завтра же поставь. Утром. На Гацко внимания не обращай — я теперь самая главная, Янович дал мне все полномочия.
У выхода из стеклянного зала друзья повернулись лицом к Елене Юрьевне и по этикету улыбнулись.
— Ребята, завтра не опаздывать! Вы у меня элита, — отдала команду главная женщина, не подозревая, что секрет её открылся.
— Я тоже пойду. Пусть Петька меня сначала отвезёт, — выпалила из приёмной секретарша, на ногах-ходулях залетая в стеклянный офис. Выбеленные её волосы с одного боку встали дыбом, а с другого примялись от долгого сна на столе за компом. Секретарша хлопала поредевшими ресницами и фокусировала взгляд. Дерзкий звонок в приёмной спутал её планы.
— Лена, у тебя вызов, — сказала Елена Юрьевна и указала ей на дверь в приёмную.
— Нет! — заистерила Лена. — Нет! Это долбанутая тётка Гацко. Она пытает меня всю ночь. Мелкого своего ревнует. Сколько можно? — Лена всегда смягчала звук «ж», на западный манер.
— Ладно, свободна, — приняла на себя удар главная женщина и поспешила в приёмную. Телефон заглох и спустя мгновение заверещал.
— Не рвите связки, Наталья Лазаревна, — громыхнула в трубку главная женщина, — в телефоне амплитуда колебаний ограничена, и силу вашего голоса я оценить не могу. Алесандр Дмитриевич? Отдыхает в своём кабинете после выпитой им бутылки виски. Да! Какие корпоративы? Очнитесь! Он сам набрался, пока мы вкалывали и за него… Утром! Милочка, он перезвонит вам утром. И… ещё один ваш частный звонок на наш рабочий телефон — ответите по закону за хулиганство. И я, как финансовый директор, да-да, ты не ослышалась, как финансовый директор, удержу штраф в пользу предприятия в размере месячного заработка твоего сожителя. Ясно тебе?
Телефон отключился. Елена Юрьевна вздохнула и остановила взгляд на двери в директорский кабинет. «Почему? Ну почему они женились на деградировавших тётках?» — спросила она у своего разума десятитысячный раз и задумалась, сидя на столе в приёмной. Из размышлений её выдернул хлопок входной двери и шарканье чьих-то ног.
— Петя? — прошептала она, привставая со стола. — Лёва?
Юноши застряли в двери и переглянулись. Компьютерный гений кашлянул и заговорил, переминаясь с ноги на ногу:
— Елена Юрьевна…
— Да… Я — Елена Юрьевна. Она.
— Погодите, вы же Метлицкая? Метлицкая? — пролепетал второй юноша.
