– Слушай, Валерий! – голова Лукина склонилась за борт недостроенной стены (разгрузка кирпича закончилась). – Арсений Иванович велел, чтоб Валентина поехала с тобой на кирпичный завод для сверки накладных.
Киряев наполовину залез в кабину грузовика. Одна тощая нога в модном ботинке торчит на подножке. Валька величественно поднимается с досок: ещё чего не хватает! Этот дядечка Лукин, похожий на её выздоровевшего отца, указывает, будто она какая-то малолетка… Солидно подойдя к машине, дёргает за ручку и, прерывая наставительно-заботливого Лукина, приказывает:
– Поехали! – попытка хлопнуть дверцей не вышла, ловит на лету и – бац! – чуть не прищемила палец, больно огрев по руке.
– Ты! Потише! Раскомандовалась! – вскрикивает Валерка, зыркнув на нежданную попутчицу, но ответив на перекрытия: – Хорошо, дядя Лёша, – будто Валька – какой-то кирпич, который он обязуется доставить в целости и сохранности, хотя в душе готов этот ломкий стройматериал расколоть на куски.
– Чё, кикимора, сколько лет тебе, пятнадцать? – вращает баранку и одновременно глазами. Они вылупленные, будто две луковицы-репки цвета шелухи, обещающие горечь при близком общении.
Валька молчит, хотя за «кикимору» готова двинуть по морде сумочкой, крепко обхваченной на коленях, сильно выставленных. Юбка провалилась в разбитое кочковатое сиденье почти целиком.
– Баба должна быть в теле.
Валька подпрыгивает на ухабе. Справа обочина с грязной прошлогодней травой, слева другие машины, а водитель, оторвав правую руку от управления, хлоп по капрону ножонки, подпрыгивающей беспомощно в такт неровной дороге. Валька в ответ как толкнёт его! Машина завиляла, прочертив колесом по кромке. Каким матом разразился Валерка! Вскоре при спокойной езде достал из нагрудного кармана куртки фотографию:
– Вот моя невеста!
Нет, он не из других людей. Все, кто работают на стройке: либо из деревни, либо из тюрьмы. Валерка немного сидел, говорит: за драку. «Кирпичники» (вся бригада) приезжие: Игнат и Лукин – давно приехали, Гринька с Петькой – недавно из разных русских деревень, Рафаил – из татарской. Валерка Киряев, как и Валька, центровой-трущобный, в мечтах заработать на стройке квартиру для себя и для своих плохо переживших его тюремное заключение родителей.
– Моя невеста бухгалтером работает в НИИ!
Валька покосилась на фотографию, дёргающуюся при ухабах в Валеркиной руке.
– А такая, как ты, зэкам в самый раз… Знаешь про зэков на кирпичном?
Валька делает вид, что не слышит его некультурную речь, этот парень с огромной червоточиной!
– Про снабженку, говорю, слыхала?
– Болтали.
– Не «болтали», а правда! Мне сменщик Борька рассказал. Въехали они на территорию, а эта дурында перепутала двери: вместо конторы, где вольные, попала к зэкам в обжиговый цех, ну, и сильно «обожглась». С другого входа полумёртвую выкинули. Жива осталась, а лучше б насмерть…
