Ухмыляясь жрец вернул владыку и лучника, отправив их наперерез нападавшим, но я без промедления отступил, сохраняя как можно больше воинов. Видя близкую победу, противник погнался за отступающими, планируя разбить их так же, как и центральных защитников — за пару ходов.
Но когда он уже собирался объявить о своей победе двое оставленных на крайнем левом фланге воинов дошли до флага. Лучник герой сделал что мог, прикончив защитника, но до убийцы не дотянулся, и следующим ходом воин забрал флаг прямо под носом у владыки. При том что я сохранил почти два десятка фигур.
— Еще раз. — раздраженно просопел жрец. — Ты обманул меня при выборе фигур. Наблюдал за тем, как я играю и смог выработать тактику. А я твою вижу в первый раз.
— И в последний. — улыбнулся я, отступая от доски. — Как и говорилось раньше — это лишь игра, мало общего имеющая с настоящими схватками, и я это прекрасно осознаю. К тому же, мы уже и так много времени заняли у остальных желающих, а я еще не видел сражения между Пинг Ичиро и Хэй Акио.
— Какое они имеют значение? — выкрикнул противник, ударив кулаком по столу.
— По осторожнее со словами. Они оба — выдающиеся личности нашего острова. — холодно ответил я. — Пинг Ичиро — глава великого дома. Я, как гостеприимный хозяин, могу себе позволить терпеть дерзость, но моему другу такая щедрость недоступна. Одно лишнее слово, и он будет вынужден ответить на оскорбление сталью.
— Прошу прощения, за неучтивое поведение моего подопечного. — произнесла Кингжао, поклонившись. — Он горячее чем нужно, и не всегда осознает положение, в котором находится. Я ручаюсь — более он праздник портить не будет. Еще раз прошу за него прощения.
— Как скажете, госпожа Кингжао. — согласился я. — Ичиро?
— Я не в обиде, мало ли на острове юродивых? — пожал плечами глава Пинг. — Продолжим? А то нас прервали. Думаю, будет честно обговорить начальное количество фигур, чтобы не было ситуации как в прошлой игре.
— Минимальное количество по весу, да. — согласился Акио. — предлагаю девяносто…
Расставив фигуры, они постарались учесть все ошибки и ходы, что видели в своих схватках и во время нашего боя с жрецом. Я же больше заинтересовался глубокой вмятиной, оставшейся после гневного удара. Такую можно сделать молотом, в крайнем случае латной перчаткой, но не обычным кулаком.
Чимб, наблюдавший за всем происходящим с крыши, прекрасно понимал мои опасения, не отрывая глаз от уходящего жреца. Что-то с ним было не то, слишком много совпадений. Он явно не умеет держать себя в руках. А главное не считает нужным это делать. Свойство достойное бунтаря и амбициозного подростка, но никак не зрелого мужчины, который скрывался под балахоном. О возрасте говорил голос, и вряд ли я сильно ошибался предположив, что это человек лет тридцати двух — тридцати пяти.
Пока я думал, баталия между давними соперниками разгорелась с новой силой. Теперь армии обеих сторон выглядели очень похоже, каждый пытался выманить противника на свою сторону, чтобы контратаковать или получить позиционное преимущество. Действовали оба осторожно, больше не суетились, и, хотя зрелище оказалось совсем не таким захватывающим как предыдущие партии с жрецом — куда более правильные с точки зрения самой схватки.
В конце концов судье пришлось прекратить затянувшийся раунд, и по очкам, с минимальным отрывом, победил Ичиро, сохранивший жизнь большему количеству солдат. Однако и Акио не слишком расстроился, куда больше задумавшись о составе войска, которое мало напоминало привычную ему формацию деления на отряды. Они сыграли еще пару раз с другими соперниками, быстро одержав победы, и оставив их развлекаться я пошел на внутреннюю арену.
Чувства были смешанные. С одной стороны — я убедился в том, что мой бывший генерал, Ичиро, лучше других. С другой, не смог найти ему адекватную замену. По крайней мере на данном этапе. Еще и этот жрец… какого черта я так волнуюсь об рядовом сопровождающем Кингжао, с совершенно непримечательной Ци? Не знаю, просто голос его показался знакомым. Да и удар этот… нельзя его нанести, не обладая силой золотого воина, идущего путем Чжен-ци. А в других школах — это и вовсе сила героя.
Попытавшись отвлечься от посторонних раздумий, я подошел к одному из организаторов спаррингов на арене, и взял у него список матчей. Судя по всему, большинство участников — воины и герои, воспринимали происходящее скорее, как показательные выступления. Никто особых приемов не показывал, особенно выдающихся результатов тоже.
— Ну что, зятек. — усмехаясь спросил Гуань-Юнь. — Готов к поединку? Жаль тебя, конечно. Избивать однорукого мне не слишком по нраву, но что поделать.
— Все возможно. — улыбнулся я в ответ. — Кто знает, чем все обернется?
— Думаешь проиграть мне с сухим счетом? — лучась уверенностью спросил владыка Фенг. — Предлагаю изменить правила. Сражаемся не до первой крови, а пока противник не сможет подняться или не сдастся добровольно. Ну и предмет спора пора изменить. Я же вижу, каково тебе приходится.
— О чем вы?
