- Ни один бог не может сам спуститься в мир. Слишком велика его Сила. Бог создает мир, но когда создание закончено, он теряет возможность влиять на него. Так появляется вера, жрецы. Ответы на молитвы - единственная возможность бога управлять своими творениями. Управлять, лишь давая советы...
Я нахмурилась и недовольно перебила:
- Какое отношение к моему вопросу имеет вера в Светлого Ланойира?
Вэйарк улыбнулся и невозмутимо ответил:
- Прямое. Если ты хочешь понять, кто такие рингайры, тебе надо понять, что такое Вильтайр ныне.
- Рингайры пришли из другого мира. Они появились только после... - не подобрав нужных слов, я с недоумением закончила: - Причем здесь наш мир?
- Ты права, рингайры появились после гибели Хранителя. К этому я и веду свой рассказ. Потерпи.
Вздохнув, я промолчала. Торопиться мне было некуда, а из рассказов этого странного мага-жреца все-таки можно было извлечь немного полезных сведений. 'Особенно, о рингайрах', - ехидно прошептал внутренний голос, но я предпочла его не услышать.
- Бог, что когда-то создал Вильтайр, обладал странной фантазией... Представь, что мир - это корзина с яблоками, - продолжал Аркон Вэйарк: - Корзина - это Сила Хранителя, что не позволяла 'яблокам' раскатиться. Однако до прихода Ланойира у этой корзины не было рук, что держали бы ее. Рано или поздно Вильтайр умер бы сам, 'завял'. Почему создатель покинул свое творение, я не знаю, никто не знает. Развязанная мной война уничтожила последнего Хранителя, и 'яблоки' начали рассыпаться.
Аркон вздохнул, а я поежилась.
- Ланойир слишком много успел отдать этому миру, чтобы покинуть его. Гибель нашего мира стала бы гибелью и для него. Так появились рингайры. Отмеченные богом. Люди, наделенные толикой божественной Силы. Не жрецы. Жрецы черпают Силу из самой сущности Бога, как маги - из сущности мира. Рингайры - искры Силы Ланойира. Своим существованием внутри мира они держат его, не дают 'яблокам' раскатиться... Просто своим существованием.
Вэйарк умолк.
- Почему их называют странниками? - спросила я ошарашено, не придумав ничего более стоящего.
Мужчина улыбнулся:
- Не знаю. Народная молва, порой, не объяснима...
Несколько минут я молчала, обдумывая все услышанное, и мужчина не мешал мне. Наконец, приведя мысли в некоторое подобие порядка, я спросила:
- Что еще Вы знаете о моем отце? О проведенном им обряде? О матери? И откуда?
- Откуда? Просто однажды Ланойир приказал мне найти наследницу Хранителя, следить за ней, оберегать... С тех пор я всегда видел ту, в ком была скрыта сущность л'Орлинге. Она словно бы светилась, - мужчина мягко улыбнулся: - Не подумай, я не был ее сторожем. Просто старался не упускать из вида надолго. Я не знаю, почему твой отец стал магом, почему - главой Гильдии и, уж тем более, Советником короля Варамарка. Я знаю лишь, что свою последнюю жизнь рингайра он потерял, защищая твою будущую мать. Меня тогда рядом не было... Так они познакомились, поженились. Откуда твоя мать знала о крови Хранителя, почему рассказала мужу, я не знаю. Они исчезли. До нашей с тобой первой встречи я ничего не знал о судьбе наследницы и уже начинал терять надежду...
Я смотрела на алые угли в камине, думая о превратностях судьбы: как, оказывается, много людей и нелюдей интересовалось моей судьбой, но почему-то никто из них не защитил от бед. На душе вновь стало тоскливо и одиноко. Лишь заставив себя вспомнить о мести Варгасу, я смогла взять себя в руки. Своими последними словами во сне Гвеар невольно вселил в меня надежду: если мне приказано не мешать, значит, в моей власти это сделать.
- Где мне искать Варгаса? - спросила я, пристально посмотрев на сидевшего напротив мужчину.
Аркон Вэйарк, удивленно вскинув брови, пожал плечами.
- Не знаю. Где угодно, если он жив...
- Он жив, - тихо прошипела я сквозь зубы.
Похоже, Аркон Вэйарк ничего не знал о роли Варгаса в моей судьбе. Объяснять не хотелось. К тому же, он уже дал свой ответ.
Задумавшись, я встала и подошла к окну, распахнула створки. Гроза давно закончилась, яркое солнце отражалось от спокойной воды, ветер пах свежестью и дышал холодом. Глубоко вздохнув, я неожиданно прошептала:
- Талигхо мэр тэ иррит алир. Эгро...
Это сказал Райк. Варгас мог быть где угодно, но не он, а Райк, сказал эти слова. Просил отвести его куда-то. Куда? Как жаль, что у меня так и не получилось расспросить брата о его жизни... Тэ иррит алир...
- Господин Вэйарк, - произнесла я, резко отвернувшись от окна: - Что значит 'тэ иррит алир'?
- В Иррит, Алир, - ответил мужчина с недоумением: - Зачем тебе столица Эйдора?
Сам того не желая, Аркон Вэйарк ответил сразу на два вопроса.
Талигхо мэр тэ иррит алир. Эгро! Отведи меня в Иррит, Алир. Сейчас!
В столицу Эйдора.
Прижав на мгновение ладони к лицу, чтобы остудить запылавшие от волнения щеки, я торопливо спросила:
- Вы можете создать Переход в Иррит?
- Да. Но зачем? Город давно мертв.
- Тогда создайте, - проигнорировала я вопрос мужчины: - Я быстро сбегаю за вещами... И вернусь.
- Зачем тебе в Иррит? - вопрос Аркона Вэйарка догнал меня в дверях.
Обернувшись, я с улыбкой ответила:
