— Вот и познакомились! — весело подвел итог встрече Александр Иванович, бодро выпрыгнув из автобуса. — Здорова, Иваныч, — пожал Петру руку.
— Привет. А чего это у тебя? — заметил бутыль в руке тестя.
— Настоящая китайская фруктовая самогонка.
— Вот это гостинец! — обрадовался Петр. — Познакомишь нас со своими, Ваня? — обратил взор на меня.
Я представил нашу «делегацию», и супруга МЧСника пригласила нас в дом. Со времен репортажа двор не изменился, хотя снегопад был — Петр готовился к съемкам и не хотел ударить в грязь лицом, поэтому почистил дорожки как следует.
В прихожей, на ковре, между шкафом для одежды и шкафчиком для обуви, стоял пацан лет четырнадцати.
— Это Костя, младшенький мой, — представил его Петр.
Поручкались, познакомились, разделись, переобулись в новые тапочки и пошли к столовой:
— Людка у плиты вчера весь день и утро сегодняшнее простояла, на целый табор наготовила, сейчас пировать будем, — анонсировал МЧСник вкусный обед.
Людмиле пришлось готовить под надзором выделенного Фэй Го офицера, из предварительно одобренных продуктов, но это всегда остается за кадром.
— Шарлотка? — поводила носом теща.
— Шарлотка тоже, — улыбнулась ей Люда.
— Повезло нам, — заявила Лидия. — Лучше Людиной я шарлотки не пробовала. Бывает же — рецепт один и тот же, а получается вообще по-разному.
— Главное — любовь! — важно заявила Людмила.
— Чего так долго до нас добирались-то? — улыбкой показав шуточность упрека, спросил меня МЧСник.
— Считаю, что лучше как можно быстрее разобраться с «официальщиной», чтобы потом с чистой совестью заниматься реально интересным, — честно ответил я. — Извините, мне через пару часиков сбежать на такое же время надо будет, интервью дать «Енисею».
— Да пусть к нам приезжают и все, — предложил Петр. — Камерой больше — камерой меньше, какая разница?
— Спасибо, так и сделаю, — согласился я.
Не больно-то мне хочется по морозу и пробкам через весь левый берег по пробкам до офиса «Енисея» переться.
— Сейчас созвонюсь с ними, — пообещал У Гуй.
Вот она, «элитность» — мне достаточно просто что-то решить, а в жизнь решение воплотят мои работники.
Увиденная нами по пути к столовой часть коттеджа выглядела не больно-то обжитой: когда-то на стенах появятся картины и фотографии, но сейчас они пусты. Львиной долей мебели никто не успел воспользоваться, и я почти не заметил личных вещей и мелочей, которые волей-неволей наполняют дом, в котором живут. Ничего, Каменевы еще в начале пути, и со временем обживут коттеджик как надо.
— А вы всегда из самовара чай пьете? — заметил я сияющий полированной бронзой «девайс» на столе.
Подозрительно новый.
— Не, это вот господа журналисты приволокли, — кивнул назад Петр.
За нами плетутся, что-то тихонько обсуждая между собой.
— Мужики, вы че? — повернувшись назад и глядя на журналюг через головы дам и «ближних», спросил я. — Какой нафиг самовар? Давайте тогда еще медведя на цепи с «Калашом» в лапах приведем, типа двор дядь Петин сторожит.
Русские, включая журналюг, громогласно заржали. Неловкая поначалу атмосфера стремительно улучшается.
— Ну не стой на пороге-то, — приобняв меня за плечи — мы почти одного роста — потянул в столовую Петр Иванович.
— Самовар — это яркий, общепринятый маркер России, — объяснил мне журналист. — Репортаж будет передан китайскому телевидению, поэтому решено добавить самовар.
— Да ладно тебе, — обняла меня за руку Катя. — Я ни разу из самовара чай не пила, мне интересно.
— Извините, но он не работает, — признался журналист. — Чисто декоративный.
Народ снова заржал, и мы расселись вдоль стола. Во главе с одной стороны — Петр Иванович, с другой — я, остальные по краям. Катя и мама Айминь — по обе руки от меня.
— Интервьюер приедет через двадцать минут, — проинформировал У Гуй.
— Потом «штрафную» ему выпишем, — решил тесть и принялся наполнять рюмки из бутыли.
— Кушайте, не стесняйтесь, — засуетилась хозяйка. — Айминь, положить тебе салатика? — взялась за тарелку с оливье.
— Спасибо, — не стала отказываться мама и по цепочке передала свою тарелку.
Стесняться никто и не думал — завтрак был давненько, поэтому мы принялись нагружать тарелки жареной курочкой, пюрешкой и салатиками: оливье, «гранатовый браслет», селедочка под шубой и очень мне нравящийся салат из картофельной соломки, жареной курочки, яблок, морковки, чеснока и перепелиных яичек. Рецепт и названия этого салата могут отличаться, но мне нравится название «гнездо глухаря». Журналисты, временно выключив свои девайсы и сложив их на подоконник окошка с видом на заснеженный задний двор — из сугробов торчали беседка, батут и накрытый брезентом синенький каркасный бассейн — тоже решили подкрепиться и даже накатить: наполненные тестем рюмки они приняли безропотно.
— Ну, за знакомство что ли, — предложил тост хозяин дома.
— За знакомство! — поднял я бокал с соком.
— За знакомство! — несинхронно, но дружно поддержали остальные.
Выпили, закусили.
— Вот уж правда тесен мир, — выдал классику Петр. — А Иваныч-то партизан, ни словом ни духом про Катькиного жениха. Ты смотри, Ванька, я ее с пеленок знаю, обидишь…
