Кодака увели. Васак отдался тревожному раздумью. Что сделать, чтобы опередить Себухта? Как спасти Деншапуха из заключения? Кто знает, чем закончится бой Вардана с Себухтом? Вполне обоснованным было требование Михрнерсэ — действовать, пока не поздно. Следовало очистить себя, оправдаться перед Азкертом, дать ощутимые доказательства своей верности. Тянуть было невозможно, события не ждали… С каждым часом положение ухудшалось. Но и предаваться отчаянию было неразумно. Нужно было искать выхода, спасти свое дело, себя, своих детей…
Васак срочно вызвал к себе Гадишо. Тот вошел с воспаленными глазами сонный и мрачный и молча сел. Васак рассказал ему о приезде Кодака — Не казнил еще, видно! — пробормотал Гадишо и добавил раздумчиво: — Не время еще…
Васак хмуро смотрел на этого безжалостного человека. Помолчав, он сообщил Гадишо о требованиях Михрнерсэ.
— Жалеешь ты кровь проливать!.. — укоризненно заявил Гадишо — Вот в чем твоя ошибка!
— Кровь была пролита в Ангхе…
— Поздно И мало. И не по своей воле пролил.
— Уж не стать ли мне царем над безлюдными развалинами? Опустошить всю страну Армянскую? — вспыхнув, бросил Васак.
— Да, всю страну Армянскую! Тебе удивительно это? Затеял игру с миродержцем, так не бойся крови! Васак с горечью улыбнулся.
— Играть с кровью?
— Нет у тебя иного спасения помимо крови! Только кровью должен ты доказать свою невиновность. Поверят только крови! Иначе ты проиграл в этой игре взаимных уловок…
Васак горестно задумался:
— Значит, я предатель?! Я предаю отчизну?!..
Приказав крепостному воеводе Аветику усилить бдительность, Атом спустился с башни и направился к удельному дворцу. Войдя в зал, он увидел нахараров, с серьезным видом что-то обсуждающих.
— Не надеюсь я ни на что хорошее, если Спарапет победит! — говорил Нерсэ Урца. — Если же он будет разбит, может тоже произойти кое-что… И весьма неприятное…
— Дело не в этом… Он может быть разбит или не разбит — это неважно! — возразил Тироц Багратуни. — Самое ужасное в том, что опаздывает наш азарапет!
— И что мы принуждены ждать! — докончил Артен Габегени с широким ленивым зевком.
— Но где же обещанная помощь? — с раздражением спросил Тироц Багратуни. — Она также опаздывает, эта помощь! А Себухт уже у наших дверей…
Как бы между прочим Атом обратился к Тироцу:
— А помощь греков так уж необходима? Греки могут ведь и отказать. Но зато с нами иверы и агваны!
Все с удивлением и насмешливыми улыбками повернулись к Атому.
— Что? Без греков? Да кто же выйдет против персов один на один, без помощи греков? — продолжая зевать, ответил Артен Габегени.
Атома неприятно поразило присутствие Гюта Вахевуни: полуприкрыв глаза, тот сидел в углу, молча внимая беседе. Ясно было: нахарары стали падать духом. Атом счел за более разумное воздержаться от участия в беседе.
— А греки не захотят вмешаться! — вновь заговорил Нерсэ Урца. — Посмотрим, что сделает тогда Спарапет!
— Что бы он ни сделал, не по силам ему победить персидскую державу!
Атом мысленно проклял обязанности, которыми сковал его Вардан. Будь он свободен, он бы знал, как заткнуть рот тем, кто сеял неверие и уныние.
— Но если это так, — вяло продолжал Артен Габагени, — зачем же мы тогда гноим в темнице персидских сановников? — Он вдруг порывистым движением обернулся к остальным нахарарам и раздраженно выкрикнул: — Чтоб еще больше разъярить Азкерта?!
— Как видно! — пробормотал кто-то из сидевших в углу.
Атом с горечью прислушивался к разговору нахараров, с трудом удерживаясь от вмешательства.
Подступала темнота. Нахарары сидели нахохлившись. Артен Габегени сказал, что хорошо было бы собраться на охоту.
— Только это и остается! — отозвался Тироц Багратуни. — А то здесь скука невыносимая…
— Никакой охоты! — решительно заявил Нерсэ Урца. — Пойдем к марзпану и попросим отпустить нас по домам. Нечего тут сидеть!
— Правильно, пора по домам! — откликнулись отовсюду голоса.
Атома изумляло не только то, чтс нахарары, уже не стесняясь, так откровенно высказывались в его присутствии, но главным образом то, что их, видимо, совершенно не занимал вопрос о том, что же будет со страной, если они уйдут в сторону и оставят и родину и свое собственное будущее на произвол судьбы?!
Продолжая хранить молчание, Атом уголком глаза рассматривал Гюта, догадываясь, что тот недаром находится среди нахараров и не первый день отравляет души ядом сомнения. Знаменательным показалось Атому и самое молчание Гюта. Нужно было бы узнать, какой подготовляет он удар. Но как это узнать?
Атом отправился в лагерь и приказал держать отряды наготове, избегая, однако, всякого лишнего шума Затем он составил срочное письмо Нершапуху:
