Откуда я это знаю? Нет — я никогда не увлекался подобными развлечениями… раньше. Когда я едва ползал на своей коляске после переселения семьи в Чулым, да и во время обучения у Наставника, у меня просто не было времени на такую ерунду. На иглу японской мультипликации меня подсадил сосед по комнате в общаге техникума. Долгими зимними вечерами бывало скучновато, вот я и пристрастился… хотя порой мне кажется, что Юрик сделал это целенаправленно, просто подобрав для меня определённые фильмы и сериалы, которые гарантированно не могли не зацепить такого сухаря, как я.
После сеанса я ещё немного побродил по улицам, пока не наткнулся на закуток, в котором проводили свои бои любители Card-summoning, своеобразной безопасной версии спаррингов настоящих призывателей, в которой могли участвовать как одарённые маги и воины, так и обычные люди. Главное, чтобы у игрока имелась карточка развивающегося монстра и переносная игровая приставка для его вызова.
Понаблюдав какое-то время за боями драконов, грифонов, домовых, кикимор и прочих девочек-кошек, я отправился дальше и где-то через полчаса после посещения «Костромских курочек» набрёл на площадку для игроков в боссабол.
Как рассказал мне Жека, пришёл к нам он откуда-то из Европы. И очень быстро стал популярным как раз из-за возможности не одарённым или магам на равных соревноваться с воинами до третьего уровня включительно. Да, сила, конечно, многое решала, однако в среде игроков уже сложился своеобразный этикет, запрещающий Есаулам использовать сверхусиленные удары по мячу. В итоге получился интересный и азартный вид спорта, которым с удовольствием занималось огромное количество человек.
Я, кстати, не утерпел и попрыгал на батуте. Забавно, не прикладывая практически никаких усилий, взлетать на высоту второго-третьего этажа. Даже появилось ощущение полёта. Раньше, сигая на крыши пяти— и девятиэтажек, я его никогда не испытывал. И это укрепило мне я желании навестить Жеку на тренировках.
Так что к фонтану перед политико-дипломатическим корпусом я подошёл за пару минут до того, как из дверей здания появилась Зайка со своим неизменным зонтиком. Подойдя ко мне, она остановилась, осмотрев меня с ног до головы, покосилась на окружающих и, гордо распрямившись, снова стала мучить мой галстук.
Послышались щелчки фотокамер в смартфонах и ПМК, но Нина как-то особо сильно дёрнула меня в этот момент за удавку, явно давая понять, что не стоит пялиться по сторонам.
— Ты что, сюда бежал? — спросила она шёпотом, глядя мне в глаза. — От тебя потом воняет.
— Ничего от меня не пахнет, — ответил я, прекрасно зная, что даже не вспотел.
— Пахнет — не пахнет, а я чувствую! — осадила она меня. — Ты почему не из юридического вышел? Занятия прогулял? Глаз да глаз за тобой нужен.
— Нин, я теперь не учусь на юридическом. Меня на военную кафедру ректор перевёл.
— Куда? Группа какая?
— Полтинник… — ответил я, ожидая её реакцию.
— Это… — она так затянула мне галстук, что я чуть не закашлялся. — Хорошо. Для нас обоих. А папенька — пусть побесится. Ему полезно. Ладно, Кузя, давай… рассказывай мне правду. Про дедушку твоего, про Наставника… и как ты дошёл до жизни такой.
— Я тебе не врал, — нахмурился я.
— Знаю… — она всё никак не отпускала мой галстук. — Ты лицо-то сделай попроще, а то мои однокурсники всяко-разно неправильное подумать могут.
— Тебе ректор рассказал? — спросил я, аккуратно снимая её маленькие пальчики со своей удавки, правда, она тут же вцепилась в мою руку, явно не желая ее отпускать.
— Я — настаивала, — она плотоядно улыбнулась. — Он, конечно, сопротивлялся, но… пойми меня правильно, Кузя. Это не простое любопытство. Просто я должна знать, с кем общаюсь. Тем более если сам герцог Сафронов первым подаёт этому человеку руку. Это при том, что тот вроде как «простолюдин». Ты уж не обижайся, твоя светлость!
— Я не аристократ, — буркнул я.
Мне было очень приятно от того, что она держала меня за руку. В общем-то ничего удивительного в этом не было. Мальчик-девочка… в моём возрасте при прикосновениях сверстников противоположного пола всегда возникает некое сладостное томление. Однако сейчас всё было немножко по-другому, и руки этой девушки, её пальчики… они казались…
— И это я знаю, — она тяжело вздохнула. — Я не думаю, что тебе стоит отказываться от…
Во внутреннем кармане моего пиджака завибрировал сотовый, а затем Виктор Цой затянул свою «Группу крови на рукаве…», что означало, что звонили с неопределившегося номера. Извинившись, я достал телефон и, отойдя немного в сторону, активировал его.
— Алё.
— Ефимов, мать твою! Как всё это прикажешь понимать? — рявкнула трубка голосом Грема Фишшина. — Я думал, что ты нормальный парень! Не хочешь учиться у меня — так и сказал бы в лицо, а так поступать…
— Грем… Грем? — попытался я его остановить, но препода явно несло. — Грем — объяснитесь, чёрт вас побери! Я ни хрена не понимаю!
— Что… — он резко замолчал, а затем, моментально сбавив обороты, спросил: — Ты… что? Не писал заявления о переводе в гвардейскую группу?
— Нет. Меня и у вас всё устраивает.
