К моему удивлению, парень как-то сразу сгорбился, развернулся и поплёлся обратно в корпус, даже забыв убрать в ножны свою шпагу. Только со второго раза он смог запихнуть в карман пиджака ПМК и пару раз оглянулся жалостливо, словно наказанный щенок, посмотрев на Зайку, от чего чуть не споткнулся на лестнице.
— А что за правила такие? — спросил я девушку шёпотом.
— Курсантам со студентами выяснять отношения на дуэлях до начала «Большой Игры» по правилам нашего колледжа — нельзя, — ответила она мне так же тихо. — В частности, поэтому очень и очень неплохо, что ты теперь на военке.
«А ведь Мальвину это не остановило, — подумал я, вспомнив встречу с фиолетововолосой в беседке на крыше. — Или именно по этой причине она так легко приняла мой отказ? Вот же ж…»
— Поклонник? — задал я очередной вопрос, кивнув в спину входящему в здание парню.
— А… — отмахнулась от меня Нина. — Можно сказать, друг детства. Хороший в общем-то парень, только когда выступать начал, ему от популярности крышу напрочь сорвало. Не поверишь, год назад он вдруг решил, что я должна выйти за него замуж! Мол, когда мы были детишками, мы друг другу обещали и всё такое. Вот он с тех пор за мной всё свободное время, словно хвостик, бегает. Достал, сил никаких нет! Вон как себе морду лица, якобы ради меня, изуродовал! Смотреть противно!
— Даже не знаю, кого из вас двоих стоит пожалеть… — улыбнулся я.
— Меня жалей! Я здесь жертва! — тут же выдала Зайка.
— Угу… «бедная Нина»! — Мы дружно засмеялись. — Вот ещё одна пай-девочка идёт…
Действительно — к нам приближалась Мальвина. Вся такая опрятненькая, юбочка выглажена, чулочки белые, ладошки на подоле сложены, глазки в землю потуплены, а на мордочке лёгкий румянец, смирение и покорность! Прямо идеальная горничная из самого благородного дома страны, а не адская оторва, вовсю гогочущая над пошлыми шутками ниже пояса.
— Добрый вечер, госпожа, — вежливо поклонилась она. — Добрый вечер, господин Ефимов.
— Леночка, — елейным голоском произнесла Нина, — ты опять за старое? Мы же с тобой договаривались! Ладно — одевайся, как знаешь, делай, что хочешь, но ты же обещала мне, что пойдёшь учиться на гражданскую кафедру! Мы с тобой месяц не виделись, а тут я на второй день узнаю, что ты с Кузьмой в одной группе. Как это понимать, подруга? Получается, ты мне вчера солгала?
— Мне очень стыдно, госпожа! — Касимова, изобразив раскаяние, опять поклонилась. — Можете наказать меня… снова… по-разному. Как вы любите!
— Чего? — Зайка захлопала глазами, а я с недоумением посмотрел на неё.
«Так вот какие черти в этом омуте водятся!» — промелькнула мысль.
— Я всё вытерплю, только бы доставить вам удовольствие, моя госпожа…
— Ты на солнце, что ли, перегрелась? — ахнула Нина и как-то беспомощно покосилась на меня. — Её на уроке по голове не били случаем?
Два подарочка от Грема девушка точно схлопотала, за то, что пялилась на меня, а остальные шесть, насколько я помню, благополучно поймала. Так что я отрицательно покачал головой, не зная, стоит ли рассказывать о воспитании курсантов по методу Фишшина.
— Если вы ходите, то можете ударить меня прямо сейчас, моя госпожа… — пролопотала Мальвина и, зажмурившись, склонилась в поклоне.
— Выпендриваешься перед Кузьмой, значит… — процедила Зайка, поджав губки. — Ну что ж, мы с тобой дома поговорим…
— Я готова к наказанию, госпожа!
Нина, издав тихое рычание, с хлопком раскрыла свой зонтик и зашагала, нет — величественно поплыла к остановке трамвайчика. Пожав плечами, я направился за ней, а Касимова пристроилась рядом со мной.
— Предатель! — прошипела она сквозь зубы. — Вот расскажу преподу, что ты меня слил — он тебе устроит райскую жизнь.
— А ты дура. На хрена ты Нину задираешь? — так же тихо ответил я. — А Гремом меня не пугай. Сама не проработала легенду и не обеспечила прикрытие — вот теперь и расхлёбывай.
— Прикрытие… Много ты понимаешь! — фыркнула она. — Что-то я не видела тебя среди тех, кто задание выполнил! Признавайся, насекомое, — завалил контрольную?
— Я что? Баран, чтоб со всем вашим стадом бегать? — отбрил её я. — Подождал, пока вас всех переловят, и спокойно ушёл.
— Дилетант, — констатировала она. — А если бы в класс заявились с проверкой, после того как отловили бы самых нерасторопных? Ты об этом подумал?
— А что бы они увидели? — фыркнул я. — Единственного прилежного ученика во всей вашей гоп-компании?
— Идиот, — буркнула она и отвернулась.
— Вы там долго шептаться будете? — крикнула Нина, которая успела уже отойти на приличное расстояние и остановилась, поджидая нас. — Трамвай пропустим!
— Так… давай вали отсюда, насекомое, — ткнула меня локотком Мальвина. — Скажешь, что у тебя дела, и чтобы я тебя возле госпожи больше не видела.
— Ага — бегу и волосы назад! — парировал я. — Слушай, Касимова… Тебя что, действительно, стукнуть как следует, чтобы ты пай-девочкой стала? С волосьями фиолетовыми в крапинку?
— Дались тебе мои волосы! — громко возмутилась девушка. — Достал уже! Нин, он меня обижает… ой. Госпожа, ваш кавалер ко мне домогаться изволит!
