Пару раз она выносила ему воды, миску с супом, пирог, которые он быстро проглатывал. А затем снова возвращался к работе. Со стороны казалось, что работа его нисколько не тяготила, а даже доставляла удовольствие телу, привыкшему к регулярным физическим нагрузкам, но на время лишенному их. К неприятному разговору они больше не возвращались. Динка несколько раз порывалась заговорить с ним, но он упорно отмалчивался и больше не смотрел на нее. Вот и пойми его после этого!
В конце концов Динка совершенно успокоилась за него и перестала отвлекаться, чтобы до вечера успеть справиться со своей частью работы. После того, как она вымыла и вычистила весь дом, старушка раскрыла свой сундук и принялась выкладывать оттуда теплые вещи. Нашлись и добротные мужские штаны, рубахи, куртки, сапоги. Динка откладывала все, что ей на глазок казалось подходящим и плотно увязывала в куль. Туда же уложились четыре шерстяных одеяла и толстая пуховая шаль.
— Нет больше моего Ванютки-то, куда мне теперь все это, — причитала старушка, оглаживая морщинистыми пальцами каждую вещь. — И тебе, милочка, кое-что подарю. Для будущей внученьки откладывала, Ванюткиной невестушке хотела подарить. Да не сбылось.
Старушка зарылась на самое дно сундука и извлекла оттуда женские вещи: белую кружевную сорочку, изящные хлопковые панталончики, длинную нижнюю рубаху, сарафан, меховую вышитую безрукавку.
— Бери, бери, милочка. Не дело такой красавице в штанах, как мужик, бегать, — старушка протягивала Динке наряды трясущимися руками, и Динка, не смея отказаться, тоже уложила их в свой узел.
За помощь старушка щедро снабдила их и продуктами: домашними яйцами, овощами, крупой и даже немного соленого мяса положила.
Когда узел был упакован, Динка едва могла оторвать его от пола. Закинув подарки себе на спину и ласково попрощавшись со старушкой, девушка вышла во двор в поисках своего спутника. Все до единой чурки были переколоты, дрова аккуратно сложены в поленницу, но самого Тирсвада нигде не было. Как и топора…
Динка, не чувствуя более веса своей поклажи, пулей вылетела со двора, полная дурных предчувствий. И не ошиблась. На улице плотным кружком столпились деревенские и шумно подбадривали кого-то. Динка протиснулась сквозь плотное кольцо людей и увидела в кругу двух мужчин с топорами.
С одной стороны стоял Тирсвад, поигрывая тяжелым колуном, а напротив его стоял молодой деревенский парень, который тоже обнажился до пояса и держал в руках топор на длинной ручке. Парня шумно подбадривали и, судя по тому, как он снисходительно кивал, было ясно, что он главный деревенский заводила и завидный жених. И явно пользуется любовью и уважением среди своих. Вот только не хватало зарубить первого парня на деревне! Динка бросила на землю свой узел и рванулась к Тирсваду, но ее тут же перехватили три пары рук.
— Не боись! Не тронет он твоего братца, — зашипели на нее со всех сторон, неправильно истолковав ее порыв. — До первой крови уговорились биться. Ничего ему не будет.
Но Динка боялась вовсе не за Тирсвада.
Она набрала в легкие воздуха, собираясь выкрикнуть его имя, но вовремя осеклась. А вдруг их имена тоже уже всем известны и числятся в розыске. Не выдаст ли она его, назвав по имени.
— Братец! — завопила она, но ее голос потонул в общем гуле — противники бросились друг на друга и скрестили топоры.
Деревенский парень был силен, как бык, и довольно умело обращался с топором. Но, к сожалению, тягаться с варрэном он был не способен. Тирсвад закрутился волчком, остро наточенная сталь топора сверкнула на солнце, и симпатичное лицо деревенского парня рассекла алая полоса, тут же наполнившаяся кровью. Толпа изумленно ахнула, а Тирсвад отшвырнул топор и поднял раскрытые ладони над головой в знак того, что поединок закончен.
Динка судорожно выдохнула, ощутив, что все это время не дышала. Все произошло так быстро, что даже если бы Тирсвад вознамерился его убить, то она не успела бы вмешаться. Вокруг них повисла зловещая тишина, но Тирсвад, казалось, ее не замечал. Он повернулся к поверженному противнику спиной и, самодовольно ухмыляясь, направился к Динке. А Динка смотрела не на него, а ему за спину. Изуродованному деревенскому заводиле кто-то протянул нож, и он, ухватив его в убийственный захват бросился в спину удаляющегося противника.
Динка сорвалась с места и кинулась к Тирсваду. А варрэн уже услышал шум за своей спиной и хищным движением развернулся, одновременно выхватывая из голенища свой длинный кинжал. Когда Динка добежала до поединщиков, на лице варрэна зиял глубокий порез, деревенский парень лежал на лопатках, а над его горлом в очень знакомом ей жесте был занесен нож Тирсвада.
Она слишком хорошо знала, что будет дальше — еще мгновение и фонтаном брызнет кровь, окрашивая все вокруг в алый цвет. Динка сделала единственное, что могла сделать в такой ситуации — выбросила вперед руку и прикрыла своим предплечьем горло деревенского парня. Нож, занесенный для смертельного удара в последний момент замер, слегка оцарапав кожу на ее руке.
