— Как куда? — всплеснула руками толстушка. — Ясное дело, на рынок. Хочешь запастись самыми свежими продуктами — иди на рынок с утра. К вечеру уже одна тухлятина останется.
— А-а, — протянула Динка понимающе. Вот он город с его проблемами. В деревне никому бы и в голову такое не пришло, самые свежие продукты в любое время суток были в огороде, курятнике и хлеву. — А не подскажешь, добрая женщина, где здесь можно купить лечебные снадобья?
— А вот же, гляди, — толстушка указала ей на ничем не примечательную вывеску. — Аптека госпожи Ранны. Если у тебя есть деньги, то госпожа Ранна подберет тебе любое зелье, даже приворотное, — понизив голос доверительно сообщила толстушка.
«Мне бы снотворное лучше», — угрюмо подумала про себя Динка, но понимающе улыбнулась и, помахав толстушке на прощание рукой, вбежала в гостеприимно распахнутую дверь аптеки.
В нос ударил пряный запах разнообразных трав и снадобий. Динка осмотрелась, привыкая глазами к полумраку помещения после солнечной улицы. За прилавком сидела сухонькая старушка и, сощурившись так, что от глаз остались только узенькие щелки, листала толстый талмуд.
Все стены были увешаны рядами полок, на которых стояли разнообразные глиняные и стеклянные пузырьки. А вдоль потолка были натянуты веревки, с которых свисали пучки засушенных трав и каких-то незнакомых Динке ягод.
— Здравствуйте, — робко проговорила она, привлекая внимание старушки. Но старушка только недружелюбно зыркнула на нее из-под кустистых бровей и опять погрузилась в изучение книги.
— Мне бы крепкое снотворное зелье, — вновь заговорила Динка, делая нерешительный шаг к прилавку.
— Золотой, — буркнула старушка, не отрываясь от фолианта.
— Знаете, у меня муж… — начала Динка, не зная, как уговорить старушку снизить цену хотя бы до серебряной монеты. — Очень требовательный и…
— И? — снизошла старушка до разговора, захлопывая книгу.
— И ненасытный, — жалобно протянула Динка и, увидев интерес в старческих глазах, вдохновенно продолжила сочинять. — Каждую ночь требует супружеский долг, да не по разу! Сил моих больше нет! — всхлипнула она как можно жалобнее.
Старуха насмешливо хмыкнула.
— Хоть бы дать ему на ужин капельку снотворного зелья, чтобы уснул он, едва коснувшись подушки, и проспал до утра. Да и мне дал выспаться! — с жаром продолжала Динка. — Я ведь не ради себя прошу! Мне работать надо, на жизнь зарабатывать. А я и днем пашу, как лошадь, да и ночью никакого покоя… — высказавшись, она смиренно потупилась, ожидая реакции.
— Ну, есть у меня одно, — задумчиво протянула старуха. — Как раз то, что тебе надо. Уснет, как убитый. Из пушки не разбудишь.
Динка с надеждой посмотрела на нее.
— За два серебра отдам тебе пузырек, — снисходительно предложила аптекарша, выуживая из корзины на полу глиняный пузырек с голубой ленточкой на горлышке.
— Но у меня только один сребреник, — Динка протянула ей монету, заливаясь слезами.
— Я могу тебе отлить половинку, но имей в виду… — старуха наставительно подняла скрюченный подагрой палец. — С половины порции потребуется в два раза больше времени.
— Хоть бы и так, — сокрушенно согласилась Динка. — Мне лишь бы уснул мучитель мой.
— Пузырек будет за отдельную плату, — предупредила старуха, доставая из другой корзины пустой глиняный пузырек.
Динка пощупала тощую мошну с парой десятков медяков и тут ей пришла в голову идея.
— Госпожа Ранна! А вот у меня как раз бутыль с его любимым вином. Отлей прямо туда, а я за ужином ему и подам чарочку, — проговорила она, протягивая старухе пузатую глиняную бутыль.
— Молодец, девочка, — похвалила ее старуха скрипучим голосом. — С вином-то зелье лучше подействует. Попробуй споить ему все до дна. И уснет он у тебя, как миленький, — проговорила она, пряча серебряную монету в карман фартука и отливая из пузырька прямо в бутыль.
Динка благодарно поклонилась, выхватила драгоценную бутыль из рук аптекарши, тщательно ее закупорила и выскочила из душной аптеки.
Так, полдела сделано. Осталось только найти платье с длинным рукавом и глубоким вырезом. Да вернуться к эшафоту.
Ей не терпелось дождаться вечера, и она вся дрожала от волнения и какого-то болезненного возбуждения, бросавшего ее то в жар, то в холод.
До самого полудня Динка бродила по рынку, прицениваясь к платьям. Но по своему карману ей найти никак не удавалось. Даже пришла мысль махнуть на все рукой и пойти на свидание в чем есть. Не выгонит же он ее, если она придет в штанах? Демонам вон ее штаны совсем не мешали. Но тут ее за руку ухватила плохо одетая непричесанная женщина с горящими глазами и трясущимися, словно в лихорадке, руками.
— Платьишко ищешь? — спросила она, пытаясь взглянуть Динке в лицо, но взгляд ее упорно полз вниз и прилипал к глиняной бутыли.
— Ищу, — осторожно ответила Динка, прикрывая бутыль рукой от жадного взгляда женщины.
— Я красивейшее платьишко тебе отдам в обмен на бутылочку винца, — просипела женщина, жадно облизывая пересохшие губы.
— Вино не продается, — хмуро отозвалась Динка, отпрянув от назойливой женщины.
