От озера и небольшой площадки вокруг него ступенями вверх по кругу отходили каменистые террасы овальной формы и шириной от двух до десяти-пятнадцати шагов. Из каждой такой террасы вглубь горы под основание вышележащей террасы открывался темный зев пещеры-норы. Это были дома черных варрэнов. Самые нижние и самые широкие террасы с прямым выходом к «сосудам», похоже, ранее принадлежали более почетными членам племени. Чем выше, тем более узким был каменистый козырек и тем теснее под ним вход в пещеру. Можно было догадаться о том, что и пещеры на верхних уровнях были меньше.
Дайма Динка увидела сразу. Он стоял у круглого озера напротив пещеры с широким входом и просторной площадкой перед ним. Напротив негона расстоянии двух-трех прыжков стоял огромный черный варрэн с толстыми тяжелыми рогами. Того, что она видела в воспоминаниях Ринэйры и Дайма было достаточно, чтобы догадаться — напротив Дайма стоял Вожак. По обе стороны от него стояли две Варрэн-Лин, в одной из которых Динка узнала Ринэйру. А Дайма окружали по меньшей мере десять крупных самцов, наставив на него рога. За спинами конвоиров стояли еще две Варрэн-Лин, в шерсти которых проскакивали искры огня.
Динка не слышала о чем шел разговор между Даймом и Вожаком, но даже издалека было видно, что Дайм вне себя от ярости. Шерсть его стояла дыбом, морда была перекошена в оскале.
Вожак встал на задние лапы и издал рык победителя. И в этот момент все чертверо окружающих его Варрэн-Лин вспыхнули и высвободили силу. Происходящее у озера закрыла огненная пелена. А Дайм оказался внутри этого огненного смерча, и ему даже отступить было некуда — черные варрэны, окружавшие его шагнули назад под натиском затопившего долину огня, но кольцо не разорвали.
— Дайм! — Динка рванулась вниз, перелетая через террасы, не чуя под собой лап. Слезы застилали глаза, мешая смотреть.
— Динка! Стой! Жди нас! — в голове звенели голоса остальных мужчин, но она их не слышала.
— Дайм!!!
Поединок
— Вожак давно мечтает завладеть Ринэйрой. Но она ему не дается. Он многое бы сделал для того, чтобы она пришла к нему добровольно, — продолжал Йоруг, а Дайм смотрел на него, не понимая к чему он клонит.
— Вы же с ней в близких отношения, ага? — Йоруг мерзко захихикал. — Я же видел, как она на тебя смотрела!
— Что ты предлагаешь? — хмуро спросил Дайм.
— Скажи Ринэйре, пусть придет к Вожаку. Она послушает тебя, особенно если ты пообещаешь ей убить Вожака. Поверь, она мечтает об этом не меньше тебя. У нее есть причины ненавидеть его. И пока он ее… ну… того… я проведу тебя подземными переходами к его комнате. Выберем момент, когда он увлечется совокуплением, и прикончим его, когда он меньше всего этого ожидает. Втроем-то мы его завалим, уж точно!
— Ты в своем уме? — с отвращением спросил Дайм, глядя на Йоруга со смесью жалости и брезгливости. Насколько надо потерять облик варрэна, чтобы всерьез строить такие планы?
— Что ты на меня так смотришь? — вызверился Йоруг. — Это единственный способ перегрызть ему глотку. Если, конечно, он не захочет покувыркаться со всеми четырьмя своими Варрэн-Лин одновременно. Но Ринэйра ему не позволит этого. Да и он, наверняка, захочет поиметь ее один на один. Подумай! Это твой шанс!
— Я не буду впутывать Ринэйру в это! — зарычал Дайм. — Эти грязные игры оставь в своих фантазиях. Я сражу его в честном бою и верну себе звание Вожака!
— Наивный идиот! — вспылил Йоруг. — Ты сдохнешь, как сдох Эйрин.
— Эйрин? Он бросил вызов Вожаку? — потрясенно переспросил Дайм. Эйрин был красивым самцом, Варрэн-Лин были к нему благосклонны, но когда в свой День Выбора Ринэйра позвала его, он остался с ней и буквально боготворил ее.
Однако, Эйрин был совершенно не приспособлен сражаться. Он с удовольствием возился со всеми детишками племени, когда матерям нужно было куда-то отлучиться. Ухаживал за немощными стариками, помогал лекарю и собирал травы для лечения. Он никогда не вступал в конфликты, не ходил на охоту. Еду стае Ринэйры добывали другие мужчины. А Эйрин… он хорошо пел и рассказывал истории, был украшением любого праздника, мог утихомирить расшалившихся подростков одним взглядом, разбирал споры и разногласия. В то, что он пошел против Вожака Дайм поверить не мог.
— Когда Вожак пришел к ним в пещеру и сказал, что отныне Ринэйра принадлежит ему, Эйрин как с цепи сорвался. Он дрался, как руог, не чувствуя своих ран, пока Вожак не приказал своим женщинам убить его. Прямо на глазах Ринэйры его превратили в горстку пепла, — раздраженно порыкивая, Йоруг мерил пещеру шагами. — Ты невесть где пропадал, пока мы тут пытались выжить! И теперь ты говоришь мне, что я не в своем уме? Я хотя бы остался жив, в отличие от Эйрина!
— Я убью его! — Дайм вскочил на лапы и заметался по пещере. Внутри все клокотало от ненависти. Вот так просто взять и вывести из себя спокойного и рассудительного Эйрина, который в своей жизни ни разу не оскалил зубов! А потом хладнокровно приказать убить его на глазах собственной Варрэн-Лин! — Вот увидишь, я убью его! Разорву ему глотку своими собственными клыками!
