Славная женщина не обманула: барки, полные серебра, покачивались у самого берега на якорях, а вокруг не было ни одного человека.
– И в самом деле, там полно серебра, – доложил высланный на разведку гунн.
– Тогда вперед! – Его командир усмехнулся, потеребил вислые усы и махнул рукой. – И да помогут боги столь славной и честной женщине во всех ее делах.
– До главных сил далеко? – спросил Радомир по пути к реке.
– День пути. Мои парни вырвались немного вперед.
– А не знаешь ли ты, уважаемый, лучника по имени Миусс?
– Миусс? Конечно, знаю. Отважный юноша, хочу сказать.
– Где он сейчас?
– Где-то здесь, впереди – разведывает переправу.
– Здесь?! Он тут поблизости?
Это было похоже на чудо. Впрочем, нет: просто херцог Варимберт выполнил свое обещание не забыть про Миусса, а где еще быть столь отважному парню, как не в передовом разъезде?
И тем же вечером они наконец встретились.
– Я знаю, ты просил за меня, друг! – Обрадованный Миусс все пытался упасть на колени. – Теперь ты мой брат!
– Ты давно мой брат! Кстати, а как там остальные наши – Истр с Тужиром?
– В первом отряде, – улыбнулся парнишка. – Они едут рядом с самим повелителем.
– А готы? Ты помнишь Эрмольда, которого…
– Этого подлого пса? – Тонкие губы юного гунна исказила зловещая ухмылка. – Если я бы его встретил…
– Так ты его не видал?
– Среди готов его нет. Но я слышал, как Варимберт херцог просил нашего сотника встретить его на Аврелианской дороге, ближе к большой южной реке.
– Так-так, – озадаченно закивал Родион. – Значит, это именно ваш отряд должен был его встретить?
– Его и франка по имени Вальдинг Оглобля.
– Слушай, а ты откуда все это знаешь?
– Я умею слушать, – Миусс пожал плечами. – И знаю латынь куда лучше своего сотника.
– Я всегда знал, что ты – настоящий индеец, Миусс! – Радомир засмеялся.
– Вот только вашу антскую речь еще не одолел. Не понял, что ты сейчас сказал. Я настоящий… кто?
Итак, предатель Эрмольд еще не успел вернуться к гуннам. Если он в самом деле собирается возвращаться, что не факт. Едва ли эдил упустит случай внедрить теперь уже своего агента во вражеский стан, но вряд ли Эрмольду сильно хочется назад. А предавший однажды, как известно, предаст снова. Вот и гадай, как он поступит. Остается надеяться на Бога… да и самому не плошать.
Но на протяжении всего пути до Аврелианума они так и не встретили ни Эрмольда, ни Вальдинга, и через пару недель, дождавшись главных сил, участвовали в осаде города. Но продолжалось это недолго – пришла неожиданная весть о выступлении Теодориха, престарелого короля вестготов, войска которого шли на соединение с легионами Аэция на Каталаунские поля, что лежат ниже по Луаре.
Июнь 451 года. Галлия, Каталаунские поля
– Они там, там, я их видел! – подбежав к ярко пылавшим кострам, выкрикнул Тужир. – Там, в долине!
– Кто – там? – схватив копье, переспросил Истр. – Кого ты видел?
– Наших, из отряда гепидов. Я слышал, как они кричали, – юноша озадаченно тряхнул кудрями. – И еще там были франки. Кажется, они друг друга преследовали.
– Что ты несешь?
– Кто кого преследовал, я что-то не понял? – Из шатра на шум выглянул Хлотарь. Старый сигамбр, как всегда, был полностью готов к битве, будто так и спал – в кольчуге, с мечом и секирой. – А ну, парень, докладывай все подробно!
– Так я и говорю, – Тужир шмыгнул носом. – Я с дерева наблюдал, пока еще не стемнело. Смотрю – всадники, всадники, всадники… Пеших тоже полно! Я скорее с дерева, а то еще подстрелят! В траве спрятался – гепиды прошли, назад, к нашим главным силам!
– Ты с ними разговаривал?
– Да. Только не очень-то охотно они рассказывали. Говорят, с франками столкнулись, которые Аэцию служат. Мне Витланк рассказал, ну тот, который в нашем отряде когда-то был, он говорит, это были франки, он своих узнал.
– И что?
– Они вроде сами не поняли, чей верх остался, но много наших полегло…
– Да, толку от тебя мало, парень! Беги, перехвати кого-нибудь там, у лесочка, кто лучше знает, что к чему.
– Ага! – Тужир с готовностью кивнул. – Сейчас, я быстро, я мигом.
– Подожди, один не ходи! – Закинув седые косы за спину, ветеран обернулся. – Радомир, Истр, Фротвей, с ним сбегайте. Только побыстрей.
Парни быстро собрались, однако бежать никуда не пришлось – подчиненные Аттиле гепиды вышли к лагерю сами. Многие были ранены, кого-то товарищи несли на руках; тут же, у костров, занялись перевязкой.
– Франки Аэция! Рипуарии, мы встретились с ними нос к носу, – пояснил раненный в руку Витланк.
– Кто же победил?
– Честно? Не знаю. Но погибших с обеих сторон множество.
– Надо немедленно доложить! Похоже, начинается! – Старый сигамбр крепче сжал рукоять секиры. – Эх, есть ли что слаще для души, чем предчувствие великой битвы? Фротвей, Хильдегавд, проводите этих славных воинов к херцогу. Радомир, бери своих парней и быстро вон туда. – Он показал на смутно синевший в сумерках холм. – Бегите, пока еще не совсем стемнело. Разузнайте обстановку, да смотрите, осторожнее.
– Мы не боимся смерти! – Тужир выпятил грудь.
