– Новоявленный граф был горяч, вспыльчив и не всегда мог сдерживать свою силу. И вот, когда ему исполнилось восемнадцать годков, настал тот день, когда суждено было сбыться одной из худших частей пророчества. В тот день граф с приятелем отправился на службу. Да и волчару своего прихватил. Вроде дикий зверь, а был крепко привязан к графу, неотлучно следовал за ним, как щенок за вожаком. С чего там все началось, того не ведаю, а только граф с приятелем крепко повздорил.
– И? – не выдержала я. – Он его убил?
Старушка покачала головой:
– Нет. Насколько я знаю, волк помешал пророчеству. Прыгнул между ними и принял основной удар на себя. Приятеля лишь немного зацепило, целители быстро поставили на ноги. А молодой граф оплакал своего зверя и засел в родительской библиотеке. Отыскал пророчество, перечитал и отправился к колдуну.
– И чего же он хотел?
– Знамо дело чего: не хотел становиться чудовищем. Не хотел, чтобы из-за него страдали. Только отменить древнее пророчество – это тебе не порчу снять, трудная задача даже для хорошего колдуна. Артефакты нужны особые, десятки зелий. На то и ушло все родительское наследство. Однако граф на эту затею ничего не жалел, слишком уж хорошо помнил, кем он был, кем себя чувствовал в тот момент, когда нанес удар. Да только одними зельями да артефактами дело было не исправить. Какие ритуалы ни проводи, а когда зло уже поселилось в сердце, его оттуда не вытравишь. Вот тогда колдун и предложил отдать сердце. Отказаться от всего человеческого, от страстей и желаний, чтобы чудовищная злая сила никогда не смогла вырваться наружу. Потому что и вырываться будет нечему…
– И граф согласился?
Старушка пожала плечами:
– Ты же видишь, мир не разрушен, даже наш городок цел. Сама-то как думаешь?
Я молчала, ошарашенная. Значит, все правда. Не досужие сплетни, не выдумки, а самая что ни на есть правда. Наш инспектор действительно бессердечный сухарь, и это не метафора.
– Глупо он сделал, – добавила вдруг старушка.
– Это еще почему? – изумилась я. С моей точки зрения, поступок графа выглядел очень благородным и самоотверженным. Пожалуй, безрассудным, но уж точно не глупым.
– Сама посуди: как только он избавился от сердца, ему стало совершенно безразлично, чудовище он там или не чудовище, разрушит он мир или нет. Даже карьеры не сделал, богатство не вернул, потому как и это его больше не волнует.
Ну вот и еще одна загадка разрешилась. А я никак не могла взять в толк, для чего этому парню инспектировать магические лавки, если он аж целый граф.
– Ой, заболталась я тут с тобой, – спохватилась старушка. – А ведь у меня еще дела.
Забрала настойку и пошаркала к двери.
– Хорошего дня, – задумчиво проговорила я ей вслед.
Вообще-то я была рада ее уходу. Историю, которая она рассказала, следовало обдумать, а еще лучше – обсудить с тапочками. Только ничего из этого я сделать не успела. Стоило двери за старушкой закрыться, как колокольчик снова звякнул. В лавку явилась покупательница, та самая, что хотела набор «Свежо и чисто».
Думала ли я когда-нибудь, что меня настолько не обрадует визит покупателя? Причем не какого-нибудь там землевладельца с лысиной и серьезными намерениями, который только отнимает время, а самой настоящей покупательницы, готовой платить реальные деньги за товар, который имеется у меня в наличии.
И все же обрадоваться тут трудно. Стоит вспомнить, какой жуткой была эта дамочка, когда колдовала над котлом в окружении теней и как я сломя голову летела по ночному городку, выручка сразу переставала казаться чем-то жизненно важным.
– Доброе утро! – мрачно проговорила дама.
Стоп, а почему она явилась именно сегодня? Неужели минувшей ночью сумела рассмотреть меня в темноте?.. И что теперь? Хочет устранить нежелательного свидетеля? Ледяной страх вдруг сменился не менее ледяным ужасом.
Да нет же, не может такого быть! Было темно, она никак не могла меня рассмотреть. Я попыталась унять колотящееся сердце. И что она мне сделает – тут, в лавке! Если и попытается, отойду от прилавка вглубь, к самому сундуку. Там-то она точно не достанет, без тапочек-то. Или достанет? Например, каким-нибудь проклятием…
Черт, как же это неудобно – не знать, как тут все устроено!
– Вы что-то хотели? – я вроде справилась со страхом и говорила почти уверенно.
– Разумеется, хотела, еще в прошлый раз! Набор «Свежо и чисто». Неужели ума не хватило запомнить?
Дамочка явно хамила, но это даже как-то успокаивало. В прошлый свой визит она тоже не выглядела слишком приветливой. А вот если бы заговорила елейным голоском, это было бы уже по-настоящему страшно.
Я пожала плечами и скорчила недовольную мину.
– Вас много, я одна, – Ух ты! Все-таки хорошо я помню продавщический фольклор! И чтобы закрепить успех в деле хамства покупателям добавила: – Всех не упомнишь.
Она только хмыкнула на это заявление. Неужели не поверила, что у меня тут полно покупателей?
– Так что, есть мой набор?
