— Как вы знаете, кровь — носитель информации. Это дополнительный источник энергии. Она сохраняет в себе всё, что в ней заложено носителем, — говорила я. — Учитывая, чем закончились ваши отношения в ещё твоей первой жизни, думаю, кольца были запечатаны сразу же после твоей смерти. Ещё тогда, когда Крон принёс тебя в жертву Хаосу, — потом помедлив, на пол тона тише добавила: — Умбра как-то рассказывала мне, что Адаму удалось с тобой тогда попрощаться. Вернее… попрощаться с твоим телом. Но в конце Крон лишил его даже и этого. И не позволил забрать тебя с собой.
— Однажды в разговоре Адам упоминал, что держал моё бездыханное тело в руках. Что тогда я была вся в крови… — с нескрываемой горечью в голосе тихо отозвалась Кора. В этот момент все боялись даже шелохнуться. — Я думала, что он рассказывал мне о своих галлюцинациях, что после моей кончины преследовали его годами, но я никак не могла предположить, что всё могло быть взаправду.
— Поэтому я и смогла их увидеть. Из-за твоей крови. Должно быть, Адам знал, что ты обратишься ко мне за помощью, и таким способом позволил узнать тебе правду о их местонахождении. Извини.
— Тебе не стоит извиняться, — шмыгнув носом, Кора спрятала дневник во внутренний карман мундира. — Спасибо, Таиса. Нам не хватало твоих знаний. Я рада, что ты вернулась.
Никто не знал, что говорить в подобной ситуации. Даже генерал Кан, который никогда в карман за словом не полезет, потупил взгляд и сжал губы в тонкую линию.
К счастью, наше неловкое молчание прервал доносящейся откуда-то издалека звук чего-то взрывающегося. Мы вышли из кромки леса к переспевшему пшеничному полю и окинули взглядом далёкие горы, широкой полоской раскинувшиеся на горизонте в густом чёрном смоге.
От увиденного моё сердце забилось набатом. То были не просто горы…
— Откуда тут вулканы? — не дожидаясь чужих комментариев, я решила возмутиться первой. — Это же Небеса. Или тут как в Аду, земля тоже смертью дышит?
Мне никто не ответил, но вдруг я почувствовала под своей ладонью чьё-то тепло. Я подумала, что это тот оленёнок, что решил увязаться за мной, но нет. Это была рука Кайла. Я немедля крепко её сжала. Теперь моё сердце стало стучать в унисон другому.
Я знала, что чувства делают людей слабыми, а чувство любви лишает здравомыслия. Но я не стала сопротивляться. Наоборот — принялась бесконечно отпечатывать данный момент в своей памяти.
Исход войны был непредсказуем. Пусть мы объединились, а что потом? После победы над Адамом мы станем уничтожать друг друга, потому что в любой войне есть только один победитель. Так что мы покрепче сжали ладони друг друга, сердцем погрузившись в сладкой истоме.
— Не обращайте внимание, — генерал Кан решил вести нас первым. — Война затронула теперь не только Землю, но даже и Эмпирей, — в подтверждении его словам вулкан отозвался оглушительным раскатом грома и стал истошно выплёвывать раскалённую лаву наружу. — Нам пора. Где-то неподалёку мы должны встретить Тароса. Он обещал провести нас во дворец.
Мы молча последовали за генералом, пробираясь через пересушенные солнцем колосья пшеницы. Сегодня ангелы должны пасть с Небес, а падший возвыситься.
***
Хрустальный замок — так называли место обитания здешних богов. Практически стерильный свет мерцал от полированных стен и не позволял нам создавать даже тени. Мы шли, а лучи солнца отбрасывали зайчики по нашим следам. Это завораживало.
Людей было много, и все были чем-то заняты. Святые ходили в белых одеяниях, свободно покрывающие алебастровую кожу. Подолы их длинных платьев беззвучно развивались при быстрой ходьбе. Их волосы были собраны на макушке в простую причёску и заколоты нефритовыми шпильками. Лица ничего не выражали. Строго печатая шаг, обитатели общались исключительно по рабочим вопросам. Никто не смел здесь лишний раз пустословить.
— Ну и скукота, — шепнула себе, но мои слова отозвались эхом. От неожиданности я сжала покрепче челюсти.
На нас никто не обращал внимания. Лишь немногие бросали поклон Таросу, который в последнее время являлся здесь частым гостем.
Повелитель морей проводил нас в Главный зал, где нас уже ждали. Трон небесного покровителя возвышался над всеми и походил на выточенную из огромного алмаза пиалу. Крон гордо восседал на нём и только от его мимолётного взгляда мороз шёл по коже. Воздух стал искриться от нахлынувшей на нас энергии.
В Эмпирее никогда не было холодно, но почему-то здесь, в Хрустальном замке, мне казалось, что наступила зима. Свербящие мысли в голове не давали покоя, что сегодня, возможно совсем скоро или даже сейчас, произойдёт что-то важное.
«Ангелы должны пасть с Небес, а падший возвыситься», — крутилось заевшей пластинкой у меня в голове. Я не была тупой и сразу поняла, что Умбра во мне что-то оставила. Похоже, подавлять волю марионеток — любимая часть её волшебной программы. Мне не стоило себе доверять.
