Это что же получается? Мы вместе охотились на адских чудищ, трудились над званием лучшей команды академии, утонули в забытом богами пещерном озере и вот сейчас стояли, пусть и не в полном составе, но обдумывали план побега оттуда, куда попали по своей же глупости?.. Правду говорят: смерть всех объединяет. Даже исключительных тупиц.
Мы посидели ещё немного, а потом нас проводили в покои.
Я охотно нырнула под пуховое одеяло и зарылась там с головой. Если продолжу думать, что нахожусь здесь в тюрьме, то вскоре сама стану заключённой. Но красная луна и снежные верхушки елей за окном говорили об обратном. Ад оказался не таким местом, каким я его себе представляла. Здесь было довольно уютно. Даже простыни пахли лавандой, а еда на вкус была без примеси серы. Идеальное место для загробного отпуска: что тут скажешь. Я даже стала к этому как-то привыкать.
В дверь кто-то тихо постучал — это был Кайл. Я впустила его. Этот чудной парень где-то раздобыл шахматы. Так мы и просидели до утра: в бесчисленном количестве дебютов, названия которым мы придумывали сами.
Чтобы пройти обряд Апофеоза, для начала нужно было воспитать свою душу. Звучит странно, но меня ждала череда испытаний, совсем небольших, но за счёт которых моё тонкое тело духовно подрастёт, а, следовательно, физически я стану намного крепче. Сейчас, конечно, не скажешь, что я выглядела здоровой, но в конце подготовки я смогу не просто примкнуть к клану богов, а стать им равной. А главное — достойным противником Адама.
Благодаря коротким ежедневным с ним встречам я окончательно стала понимать происходящее. Прошлое было лишь эпичным прологом. Теперь же настали главы, где моё человеческое желание не так уж и важно, ведь на кону стоял раскол вселенной. Хотела я этого или нет, но мне необходимо было пройти этот таинственный обряд. Я — вестник судьбоносных изменений, если уж на то пошло. Вот каких — уже другой вопрос.
— Кора, ты должна расслабиться, — сердито приказывала мне Умбра, положив свои горячие пальцы мне на виски.
Уже третий час я лежала посреди мокрой поляны на холодной траве в самом интригующем месте Ада — Яме. Вокруг мы никого не видели: все Целители с их подопечными сохраняли таинство встреч. Нас окружала сочная растительность и низкое грозовое небо. Оно полыхало изумрудными сполохами и образовывало защитный купол над этим просторным незыблемым местом.
Умбра, присев у моей головы, пыталась ввести меня в транс, чтобы возбуждённое сознание погрузилось в давно забытые воспоминания.
— Закрой глаза, глубоко вдохни и подумай о том, что тебя больше всего гложет, — волшебница круговыми движениями вызвала небольшое электрическое потрескивание. Было щекотно. — Заклинаю вспомнить роковые события из прошлой жизни…
«Но как вспомнить то, что уже давно забыто?» — вертелось у меня в голове. Я изо всех сил пыталась сделать то, что от меня хотели, как вдруг всё же стала что-то чувствовать. Ненароком я зафиксировала внимание на Адаме. Когда закрепила желание на выбранном чувстве, Умбра с лёгкостью переместила меня в калейдоскоп запутанной судьбы. Я стала эйфорично пролистывать эпизоды из багажа своего опыта, пока лишь один не привлёк моё особое внимание.
В зеркальном отражении разума я увидела себя: такую красивую и счастливую. Через мгновение я стала играть роль той Коры, которую давно утратила.
— О чём задумалась? — раздался знакомый голос за моей спиной. Я не понимала, где мы находились: вокруг клубился туман, но я точно знала, что мы пребывали в Аду.
— Думаю, насколько сильно нужно протянуть руку к солнцу, чтобы на Эмпирей упала тень, — слова сами слетели с моего языка. Сейчас событие управляло мной, а не наоборот.
— Постарайся не думать об этом, — Адам приобнял меня со спины и положил подбородок на моё плечо.
— Как же не думать? Ты собираешься развязать войну богов, — противилась, но разрывать объятия не стала.
— Даже спустя время обиды не забываются, — Адам тяжело вздохнул. — Я отказался от Эмпирея не по своей воле, но по их вине, и не собираюсь им это прощать, — я промолчала, а муж продолжил: — Без тебя я не справлюсь.
Адам посмотрел на меня сбоку и стал ждать ответа. Что ж, манипуляция удалась. Я утвердительно кивнула головой и повернулась, чтобы обнять его в ответ. Собеседник застыл на месте. Воспоминание тоже.
В чём же смысл этого короткого диалога? Я должна была понять, чтобы двигаться дальше. «Что ты чувствуешь?» — где-то в воздухе я услышала голос Умбры. Она подталкивала меня к развязке.
— Безусловную любовь, — выдохнула я.
Меня окутало то поганое чувство, которое я получила от отца. Крон с лёгкостью распрощался с единственной дочерью, когда это было нужно. Будто я была вещью или разменной монетой. Но сейчас, в объятиях Адама, даже через призму, вспыхнувшей как феникс памяти, я уловила ту особую с ним связь, что меня так привлекала: чувство защищённости. Я жаждала восполнить ту гнетущую пустоту внутри себя: заботой семьи, которой не хватало с момента рождения.
