— И он тебя ни разу не взял по-настоящему? — я будто не заметил ее вопрос.
— Взял, но это было задолго до тебя. Когда появился ты, у меня с ним ничего не было. Я к нему не относилась серьезно. С тобой все иначе. Пойми это, прежде чем обвинять меня. Еще раз говорю: с ним у меня нет ничего серьезного, просто немного удовольствия. Удовлетворен, ревнивец? — она мягко улыбнулась.
— Поцелуй меня и признай, что ты виновата, — я обнял ее, положив руки ниже талии.
— Я не виновата, — все еще улыбаясь, императрица покачала головой.
— Все равно кое в чем виновата. Признай. Меня это дразнит, — настоял я, слегка сжимая ее ягодицы.
— Хорошо, я виновата. Прости за измены. Это было так сладко, — ее губы припали к моим, а ладонь нащупала мой член. — И стало еще слаще от мысли, что тебя это разволновало.
— Обещай, что это не повторится, — прошептал я, она меня заводила все сильнее.
— Не обещаю, Елецкий! Смирись. Люби меня такой, какая я есть, — ее губы обожгли мои, а ладонь сильнее сжала холмик в моих брюках.
— Какая ты развратница! — с легким раздражением выдохнул я. Если бы не Ольга, дожидавшаяся меня, я бы не сдержался — подхватил Глорию на руки и сделал бы несколько шагов вправо, чтобы там уронить на диван.
— Хочу тебя… — потираясь о меня, прошептала Глория. — Прямо сейчас хочу.
— Прости, не могу так. Здесь Ольга. Это будет подло по отношению к ней, — я поцеловал императрицу и отпустил.
— И к Филофею подло… Ты прав. Я совсем голову потеряла, — она вздохнула, отходя на шаг. — Я не должна такого даже думать. Зови сюда Ковалевскую. Хотя нет, постой. Эти Таблички, спасибо за них. Спасибо, что помнил о моей просьбе и постарался. Но увы, они теперь для меня бесполезны. У Луиса больше нет шансов занять британский престол.
— Отчего так? Он же был почти в фаворитах и все по-прежнему ждут смерти прямого наследника, — я не следил за развитием событий в борьбе за корону на Альбионе, но, насколько мне помнилось, прогнозы самой Глории, насчет будущего восхождения на трон маркиза Луиса Этвуда, были куда более оптимистичными.
— Круг Семи Мечей подтвердил: право герцога Гилберта приоритетно. Они нашли древние родовые грамоты, подняли записи в архивах Манчестера. Так что увы, Луис вместе со мной в печали. Как-то все очень плохо складывается в последние дни для меня и моего сына. Я даже не уверена, что теперь пожелаю вернуться в Лондон, — пальцы императрицы погладили выпуклые знаки на древних табличках.
— Герцог Гилберт — близкий друг нашего заклятого «друга» герцога Уэйна, я правильно понимаю? — уточнил я, вспоминая ту пеструю информацию о связях Уэйна.
— Да, давний друг. Теперь их союз еще крепче. У Энтони Уэйна нет шансов занять престол, но у него огромные деньги и тайная власть. У Ричарда Гилберта теперь имеется приоритетное право. А дни наследника сочтены. Он вряд ли протянет и пару месяцев, — Глория печально глянула на меня.
— Грустишь по Филофею? — спросил я, накрыв ее ладонь.
— Да, — ответила она и добавила. — Это честно. И еще беспокоюсь о своем будущем. Не столько своем, сколько волнуюсь за будущее Эдуарда. Ему нет места в России. Скажи мне… Ты не обманул в том, что Ковалевская знает о наших отношениях.
— Нет. У меня от нее нет секретов. Я могу что-то недоговаривать, не вдаваться в подробности, но главное она знает, — я ожидал, что она именно сейчас потребует позвать Ковалевскую.
Так и вышло.
— Ты очень, очень необычный человек, граф Елецкий. Или маг Астерий — не знаю, как правильно… — императрица помедлила, потом сказала. — Пригласи свою невесту. Я должна с ней поговорить.
— Зачем, дорогая? Ты же знаешь, для Ольги встреча с тобой не будет приятной. Я не хочу портить ей настроение. Ей и так сегодня досталось из-за инцидента с Рыковым, — заметил я, все еще ожидая, что Глория спросит и о скандале недалеко от приемной цесаревича.
— Все-таки пригласи. Обещаю, что я ей не испорчу настроение. Скорее, наоборот — я ее немного успокою. Хочу коснуться прошлого, где было много непонимания с ее семьей. Полагаю, у нас может быть какое-то примирение, и для этого, лучше всего мне поговорить именно с Ольгой. С Ольгой, а не с князем, — утвердилась императрица. — И еще, поскольку она знает о наших отношениях, я постараюсь объяснить ей, что я никаким образом на тебя не претендую.
— Это будет очень благородно с твоей стороны, — согласился я. Мне даже в голову не могло прийти, что Глория переступит через себя и пойдет на такие шаги. Неужели, ей так припекло с последними событиями в Британии, что она спешно пересматривает планы на свое будущее? Снова в голове возникло много вопросов. Однако, прежде чем позвать свою невесту, я решил спросить англичанку о том, что собирался расспросить еще перед вылетом в Лондон. — Позволь еще один отвлеченный вопрос. Насколько я знаю, при Верховной Коллегии магов есть служба, что-то вроде разведки. Кажется, называется Бюро Магический Слежений. Они на тебя работают?
