Подобное расчленение сыграло негативную роль в ходе нацистской оккупации — разжигалась национальная рознь, карательные отряды в составе местных уроженцев из рейхскомиссариата «Украина», Литвы, Латвии, посылавшиеся немцами в «Вайсрутению», оставили свой варварский след на белорусской земле.
Документы свидетельствуют о том, что с самого начала войны «уютно» оккупанты себя на белорусской земле не чувствовали. Ширились всенародное партизанское движение и подпольная борьба. Хотя их размах мог быть поначалу и гораздо большим, если бы не предвоенные перегибы и шарахания.
В связи с начинавшимся движением сопротивления на территории оккупированной Беларуси нацисты начали «совершенствовать» свою оккупационную «карательную» политику. Из оперативной сводки германского коменданта в Беларуси от 10 сентября 1941 года: «…Вести успешную борьбу против этих партизан без моторизованных частей невозможно, так как последние при нападении патрулей и команд отходят пешком далеко в глубь непроницаемых лесов и там бесследно исчезают…
Потом, разведав места расположения немецких гарнизонов, они снова исчезают, чтобы на следующий день снова появиться в совершенно других населенных пунктах. Агентура и разведка партизан, кажется, работают очень хорошо, так как они заранее узнают обо всех акциях против них»…
Испытав первые удары белорусских партизан, в том числе и отряда «Комарова», оккупанты с первых же месяцев войны пытались вооруженным путем подавить партизанское движение в тылу своих войск. В 1941 году ими был проведен ряд крупных карательных операций против партизан Беларуси. На борьбу с ними были брошены 221, 286, 403-я охранные, 339-я и 707-я пехотные дивизии, 1-я кавалерийская бригада СС, артиллерийские, танковые и саперные подразделения, моторизованные части полевой жандармерии, полицейские полки и батальоны.
Бои между партизанами и карателями обычно носили упорный, ожесточенный характер. Солдат 8-й роты 747-го полка 707-й дивизии Ганс Риммель в августе 1941 года писал домой: «Самое опасное — это партизаны. Они хуже, чем фронт, так как русские хорошо обучены в этом отношении, и, к сожалению, мы несем от них потери убитыми и ранеными. Многие из моих товарищей погибли от их рук. Это ужасно… Немецкие солдаты все больше убеждаются в том, что против нас борется весь народ…»
На оккупированной территории Беларуси, и особенно в крупных ее городах, нацисты намеревались создать так называемые «поселения» для привилегированных слоев немецкого общества. Количество местных жителей, которое можно было бы оставить в этих городах, определялось педантичным немецким расчетом: на каждого господина «высшей германской расы» — два раба «низшей расы».
В обозе гитлеровских войск в Белоруссию прибыли из эмиграции, активно сотрудничавшие с оккупантами в установлении «нового порядка» белорусские националисты. Они начали издавать на белорусском языке националистические газеты, создавать свои организации, среди которых наибольшую известность поначалу приобрела так называемая «Белорусская народная самопомощь» (БНС). В ее преступную деятельность вовлекались местные националисты. Все они становились волею оккупационных властей соучастниками террора против народа Беларуси. По мере «совершенствования» оккупационной политики и режима нацисты стали все активнее вовлекать в эту систему белорусских «националистов».
В директиве начальника генштаба Сухопутных войск Ф.Гальдера от 16.08.1942 года все сформированные из советских граждан подразделения и части получали название восточных войск, а военнослужащие — добровольцев. Выделялись четыре группы подобных добровольцев: желающие помогать (Хильфсвиллиге, сокращенно — Хиви); полицейские команды (Шутцманншафтен, Орднунгсдинст, Хильфсполицай); охранные части (Зихерунгфербенде), предназначенные для борьбы с партизанами и охраны объектов тыла; боевые части (Кампффербенде) — военные формирования, предназначенные для ведения боевых действий против Красной Армии. Определенная часть советских граждан служила в спецформированиях — боевых частях СС. Они и в настоящее время не подлежат реабилитации, поскольку такие преступления, как предательство, кровь соотечественников на руках, измена Родине, сроков давности не имеют.
В «карательных» акциях нацистами широко использовались территориальные органы полиции безопасности — СД, оставившие наиболее кровавый след на белорусской земле. Один из приказов руководителя команд СД о методах проведения карательных экспедиций против партизан и мирного населения Беларуси от 18 ноября 1942 года гласил: «Рейхсфюрер СС, обергруппенфюрер СС Бах придают огромное значение результатам разведки полиции безопасности СД. Прошу поэтому немедленно развернуть разведывательную деятельность, используя весь накопленный полицией безопасности и СД опыт и применяя для этой цели все средства… Обергруппенфюрер СС предоставляет руководителю команды СД право решать исключительно самому — сжигать ли деревни, уничтожать или эвакуировать их жителей». И они их в основном жгли и уничтожали…
