— Мне спинку надо растереть, — проговорила она в пустоту. — Разотрёшь, или придётся кого-нибудь другого попросить? — Из-под шкуры послышалось недовольное звериное ворчание. А Лиска задрала футболку на спине…
— Давай, я разотру, — самоуверенно потянулся к бутылке «хан».
Ага! Так и дал ему Ярец. Одним рывком он перебросил собрата вместе с накрывающей его шкурой через камни. Явив себя в облике зверя. Потрёпанного, но не поверженного. Скалящегося на весь свет ощеренными зубами.
— Сиди уже! — поймала Лиска зверя за морду, заставив того опустить голову к земле. Лечь. Успокоится. — Сама справлюсь, а ты бы поел пока. Но спать я с тобой лягу, будешь спинку греть.
Зверь, немного успокоившись, после того, как девушка погладила ещё его по вздыбленной шерсти, лег на место. Ещё и морду отвернул, показывая, что есть не будет. Искры от такого магического поглаживания, сыпались с его шерсти, разбегаясь по пещере.
Глаза закрывались. Всё! Прижалась она спиной к горячему боку зверя, заложив обе ладошки себе под щёку. И мгновенно уснула, даже не почувствовала, как сверху её и Ярца, заботливо, прямо с головой, укрывают шкурой.
Шамиль приполз поздней ночью, приподнял край шкуры, посмотрел на спящую девушку, уткнувшуюся носом в мужскую грудь. Оборотень от проникновения в его владения, обхватил Лиску и крепче прижал к себе.
— Шамиль, — окликнул нага, сидевший у костра вожак, охранявший сон стаи. — Разговор есть. А за неё не беспокойся. Ярец безопасен для девушек.
— Я думал, их всех истребили, — подполз змей к костру.
— Что толку, — ответил оборотень, посмотрев на Ярца, — он всё рвано, что мёртв.
На голубоглазого молодого оборотня, стая Глеба наткнулась в лесу, лет так десять назад. Он был сильно ранен. Но это не страшно. Страшным оказалось то, что изверги, которые когда-то поймали его, продали его в бойцовский клуб, где того травили дикими хищниками. Ставки делали. Намеренно повредили ему всё ниже пояса. Ярец не рассказывал, как его за отказ сражаться, привязывали за руки и опускали на верёвке к хищникам, наблюдая, сколько времени он будет в сознание.
И в стаю он не напрашивался. Наоборот, когда Глеб, обернувшись зверем, кинулся на нарушителя его территории, Ярец ему ещё и шею подставил, чтобы тот быстро всё сделал. Но нет! Зверь — не убийца! Раненый, беспомощный, не сопротивляющийся чужой альфа, в звере агрессию не вызвал. Обнюхал он его, потрепал немного за шкуру. И решил не трогать. Притащил в свою стаю и сказал, живи, пока пользу можешь принести. И в последствие, не жалел он его, не высказывал жалость. Терпел! И наказывал, как всех. И по делу ему в этот раз досталось, за то, что наследил в городе. Вот он и отлёживался.
— Откуда она? — указал Глеб на шкуру.
— Я ещё это не выяснил, — честно признался наг.
— Она странная… альфа… — потёр оборотень подбородок.
— Странная… — подтвердил наг. — Альфа?
Оба мужчин подумали об закрытом полуострове оборотней. Оттуда лет триста не было известий. Никто туда не мог пробиться через кишащие, хищными тварями, гребни высоких гор с высоким концентратом аномальных зон. А эти горы очень так удачно расположились у серой зоны, которая соприкасалась одним боком с земельным участком Сокола.
Удачно так расположился его участок. На краю империи, двумя противоположными сторонами соприкасаясь с серыми зонами, за которыми с одного бока начинаются территории нагов, — заросшие леса и болота, с другого — пологая долина тянулась прямо до подножья гор, и где-то там начиналась бывшая империя оборотней. А с третьей стороны — если преодолеть заросшие лесами скалы, можно было бы увидеть море.
И территория была плодородна, богата зверьём. Так что крестьяне и охотники жили на ней припеваючи. Если бы не высокие налоги, требуемые управляющим.
Рядом имелись крупные города и мелкие поселения, деревни. Жизнь.
Соколиное имение, располагавшееся немного отдельно, и представляло собой небольшое поселение, голов так на тысячу. Главным строением был большой дом в три этажа, с четырьмя прилегающими к зданию строениями. В двух разместились ученики и учителя. Общежитие для девочек и мальчиков по отдельности. В третьем — столовая, кухня, прачечная, и обсуживающий персонал жил. Четвёртая — лаборатории.
Первый этаж основного здания был отдан под образовательный центр — магическую школу. Начинался он с огромного холла, в котором балы проводить можно бы было. Там директор ежедневное утреннее построение организовал. Удобно. Учебные кабинеты, залы, галереи для отдыха и медитации, сложно, но уместились рядом.
