— Всё когда-то бывает первый раз, — протянула Лиска руку для знакомства.
Протянула, но не подумала, что в знак приветствия, парень просто слегка хлопнет ей по ладони своей рукой. У-у-у… Искры чуть из глаз не посыпались. Больно! Обе кисти теперь болели из-за вожжей.
— Трит… — представился голубоглазый парень. Молодой, чуть за двадцать, темноволосый, с короткой стрижкой. Черты лица чуточку заострённые, такие, что и не запомнишь. Много таких. Обычных! Поднялась Лиска, посмотрев на него снизу вверх. Ну да! Метр восемьдесят в здешнем мире это средний рост, этот парень выше. Встань она вплотную к нему макушкой бы в подбородок упёрлась. То-то шоколадная красавица с телеги ничего приметного во внешности воздыхателя и не увидела. А зря, зря… Некоторое время назад, сама Лиска бы глазки ему построила.
— Ветер порывистый, — представилась Лиска, сообразив, какое родовое имя он попытался скрыть, переиначив его в простое имя. А так — Тритон он. Есть такой аристократический род. Между прочим, потомственных водников. И осанка… Стояли Лиска с Тритонов, друг против друга, спинки ровно, руки по швам, подбородки прямо. Наёмники так не стоят, они, осмотрев пространство вокруг, стараются прижать подбородок к груди, широко расставив ноги.
Да, да, задумался парень. Так просто не вспомнишь этих ветреных аристократов. От крытой повозки начальника обоза слышалась музыка и женский смех. К маленькому озеру спустились только лёгкие повозки, везущие людей, и сельчанину, везущего пострадавшего наёмника, дочь и её девочек, разрешили спуститься на телеге. Он встал чуть в стороне, с помощью наёмников, натянул брезент и что-то готовил. И Лиска специально так устроилась в стороне, чтобы видеть происходящее. Но…
Лиска с Тритоном повернулись в сторону, вглядываясь вдаль чистого неба, где на горизонте, почти незаметно, показалась пенная субстанция. Сначала она казалась пенной, потом, резко поменяла цвет. Молнии! И приближалась… стремительно.
— Что это? — прошептала Лиска, пытаясь спрятать непонятный страх, пробравшийся мурашками к ней на спину. Парень тоже рассмотрел, и на несколько секунд, потерял возможность дышать, но набрав в грудь воздух, заорал: «магический ураган…». У-у-у, что началось.
Начались быстрые сборы. И зачем? Не понимала Лиска, стоя всё так же. Магический ураган приближался так быстро, что даже попытка убежать на пустой скоростной телеги не увенчалась бы успехом. Да! Но и стоять…
Дракошка забралась хозяйки за пазуху, а Кузька. Маленький ящер так ничего и не понял, развалившись на земле.
Буря навалилось разом, словно бетонной стенной придавила всё живое. Под её тяжестью моментально смялась Лискина воронка, но она же стала той самой воздушной прослойкой, которая и не дала в едином порыве расправиться с людьми, растерев их тонким слоем по земле, превращая в кровавое месиво.
Приставленные типчиком люди не смогли устоять на своих позициях. Белянка постаралась! Устранила! Кубарем они откатились к сцепленным телегам, и там, забились под днища. Кто-то кричал, кто-то выл, кто-то издавал трубный зов. Люди? Звери? Зато живы! Пока лишь!
Секунды тянулись долгими часами, за минуты перед глазами ожидающих смерть, пролетала жизнь. Жизнь⁈ Жизнь оставалась и за пределами их защиты. Почувствовала Лиска живых.
— Сюда… — протянула она руку в сторону, направив по земле воздушную струю, закружившимся плотным канатом. Давление внутри своей воронки она немного стабилизировала, и самой же стало чуточку легче. А то атлантом себя чувствовать начала, держащим на плечах небосвод. У-у-у…
Словно извивающая змея скрылся «канат», прорыв подкоп под основной, раскрутившейся центрифугой, защите. А она, обессилено опустилась на землю, усевшись по-турецки. И через несколько минут, долгого для неё ожидания, из-под того подкопа показалась звериная морда. Показалась и скрылась. А ещё через несколько секунд с внутренней стороны стали проникать к ним огромные звери, больше похожие на тигров. Но полосы на их телах оставила магическая буря. Воняло от них горелым мясом и жженой шерстью. И даже дымок шёл…
Восемнадцать особей мужского пола насчитала Лиска. Оборотни! Ну, да! Дикое зверьё бы не услышало зов. Да и услышав, не последовало бы за ним. Все самцы были раненые. Большая часть, как пересекла черту, тяжело дыша, отхаркивая песок и кровь, сразу свалилась на землю. Но некоторые встали в стойку, оскалив пасти. Ну а что? Лиска открыла им проход чуть сбоку, чтобы не травмировать и так нервную психику доведённых до истерики людей. Внутри хоть и было безопасно, магические всполохи не били молниями и не сжигали шаровыми разрядами, но порывистый ветер, то и дело трепал покрытия на телегах, поднимая пыль и мелкие частицы земли и песка. Да и сами телеги нет-нет, раскачивались в творящемся безумии.
— Мы накрыты маревом, так что с обоза вас никто не видит, — хрипло проговорила белянка смотревшему ей в глаза самцу. Поправила. — Нас не видят! Начнёт стихать, приподниму защиту. Уйдёте!
