Все это выглядело бы забавно – если не знать, что одеяние сверху донизу «заточено» под то, чтобы удобно, быстро и легко нырнуть в нем в жесткие латы, особого простора внутри не имеющие. И даже пуфы, видимо, предназначены держать на себе латную юбку.
33 – Михаэль барон фон Штернберг, посол Тевтонского ордена, к князю Георгию Заозерскому от магистра ордена Генриха барона фон Плауэна с вопросом! – на вполне хорошем русском языке отчеканил рыцарь.
– Всего лишь? – даже удивился Егор. – Тогда задавай.
– Ведомо стало магистру ордена, что ты, князь Заозерский, намерен заключить с Маргаритой Датской договор о вечном мире! – Похоже, кавалер намеревался оглушить голосом всех присутствующих. – Посему барон фон Плауэн желает знать, супротив кого ты собираешь в Новгороде ратные силы числом во многие тысячи ратников!
– Мир с Данией? – Егор наклонился к жене и шепотом спросил: – Ты вечером под кровать заглядывала?
– Ничего не понимаю, как узнали, откуда? – так же шепотом ответила княгиня.
– Поскольку силы собираются уже более двух седмиц, барон фон Плауэн полагает, что в планах своих ты утвердился давно и ответ можешь дать немедленно!
– Не вижу необходимости посвящать в свои планы посторонних, – как мог вежливее парировал Егор. – В делах ратных внезапность важнее всех иных составляющих.
– Князь Георгий Заозерский имеет полное право не отчитываться перед Тевтонским орденом о своих планах! Однако барон фон Плауэн полагает, что князя не затруднит заключить с орденом мирный договор, подобный договору с королевством Датским, Шведским и Норвежским! – проорал посол фразу, судя по всему, заготовленную заранее.
Пока Егор обдумывал, как бы ловчее выкрутиться из щекотливой ситуации, послам неожиданно улыбнулась его жена:
– Германский император Сигизмунд[45] вполне может подтвердить договор моего супруга с Данией, дабы ваш договор был подобен первому.
– Какой имп-п… – Егор вскочил, вовремя оборвав рвущийся с губ крик, склонил голову в сторону послов: – Прошу прошения, мне нужно несколько дней, дабы обдумать ваши предложения о мире.
– Если князь желает обсудить некие предварительные условия, мы готовы прийти послезавтра. – Барон фон Штернберг взмахнул шляпой, водрузил ее на голову и гордо развернулся.
Едва тевтоны вышли за дверь, Егор сразу повернулся к супруге:
– Какой еще император, Лена? Мы о чем ночью говорили?!
– Сигизмунд у ордена в покровителях, – ответила княгиня. – Если император утвердит договор, то наш королевский титул будет обеспечен так же твердо, как княжеский!
– Екарный бабай! – схватился за голову Вожников. – Ты меня, как волка, флажками обкладываешь! Туда не ходи, сюда не ходи! А куда ходить? Если и орден трогать нельзя, пути только на Литву и Москву остаются. С Москвой воевать не хочу. Там свои, русские. Одного набега хватит. А Литва с Польшей в унии. Об них, вон, даже крестоносцы зубы обломали.
– Еще кто об кого обломал, – внезапно парировала Елена. – В поле Витовт орден, может, и разбил. Однако же Мариенбурга взять не смог. Два месяца бился, потом бежал.
– Мне от этого что, легче? – развел руками Егор. – Получается, орден трогать так же опасно, как и Витовта. А путь на Данию ты перекрыла. Полный праздник! Выходит, опять Москва? А про уговор с Юрием Дмитриевичем ты забыла? А-а-а… – Он в отчаянии махнул рукой и выскочил из горницы.
– Что же теперь будет, матушка? – испуганно спросила Милана, оставшаяся с хозяйкой наедине.
– Он что-нибудь придумает, – сладко потянулась в кресле Елена. – Господь для того мужиков и создал, дабы все наши прихоти исполняли. И никуда-то они от нас не денутся. Ибо способности рожать детишек без нашей помощи Бог им предусмотрительно не дал.
– Как ты можешь так сказывать о супруге своем, княгиня? – укоризненно покачала головой дворовая девка.
– А почему бы и нет, милая? Все едино не слышит никто. Люблю я его, если ты об этом. Больше жизни люблю. Однако же это не значит, что он не должен исполнять мои прихоти, – рассмеялась она и вдруг грустно вздохнула: – Кто бы мог сказать четыре года назад… Всего четыре года тому!!! Сказать, что ныне стану я королевой, чей титул император Римской империи утверждать станет! Я бы тому вещуну первая в лицо расхохоталась. Но как-то раз среди рабов я встретила Егора… – Княгиня Заозерская мечтательно улыбнулась.
– Бога за такую милость молить надобно!
– Ох, своевольна ты, Милана, вечно перечишь. – Княгиня задумчиво сложила ладони перед лицом. – Прямо не понимаю, как тебя столько лет терплю? Скажи-ка мне, милая, а девки дворовые и особливо эта, индийская, без тебя с хлопотами по уходу за мною справятся? Одевать, раздевать, умывать, платья подбирать готовы?
– Справятся, хлопоты привычные. А немка еще и станцует! – гордо вскинула подбородок Милана. – Меня куда отошлешь, хозяюшка?
