— Конечно, разрешат. Это же наши знания, — смеялись ученицы, и я вместе с ними.
Я смотрела на учениц, и мой энтузиазм тоже возрастал. Я хотела научить их говорить, петь и думать на английском языке.
В декабре моя подруга Аружан прислала мне посылку с текстами песен, музыкальными дисками и фильмами на английском языке. Работницы режимного отдела, которые выдают посылки, внимательно осмотрели содержимое посылки, но поскольку уже вся зона знала о занятиях английского, то мне выдали всю посылку.
Аружан подбирала все, что я просила, целый месяц. Я заказала ей песни и фильмы, которые мне нравились и которые, как мне казалось, были легкими для заучивания и интересными для просмотра. Это были записи ABBA, The Beatles, Sting. Также мы взяли две песни молодых современных исполнительниц Lenka и Emilia.
Поскольку приближался Новый год, я решила, что Happy
У Фонда не вышло регулярно преподавать английский язык, но они отлично организовывали праздники. Через год они пришли к выводу, что им лучше делать краткосрочные курсы.
Перед Новым годом Фонд привез елку и елочные игрушки в наш класс. Ученицы наряжали ее во время урока. Вечером мы включили электрическую гирлянду на елке и пели
Раньше Фарида прибегала в обед петь песню, теперь она прибегала вечером посидеть возле елки. «Как дома», — говорила она.
Новый год в лагере был с елкой, телевизором, настоящими салатами и «фирменным» тортом из песочных коржей. Встречали мы его в Центре творчества.
У всех людей есть душа. Но у каждого душа чувствует по-разному.
В этой же группе была девушка, у которой были очень хорошие результаты, но через год она неожиданно перестала ходить на занятия.
— В классе я забываю, что я на зоне. Я как будто дома. «Мне потом трудно выходить из класса», — сказала она мне грустно.
С нового года внесли изменения в Уголовный кодекс, и по некоторым статьям стало возможно уходить домой, заплатив штраф. Через год ее отпустили домой по штрафу. У нее все хорошо. Она мама двоих детей. Надеюсь, полученные знания английского ей пригодились.
По профессии я не учитель английского языка, поэтому я ходила и постоянно думала, как организовать уроки интересно и эффективно.
Сначала мы учили простые разговорные фразы приветствия, потом я нарисовала на доске базовые схемы — как строить предложения в разных временах в повествовательной, вопросительной, отрицательной формах. Все это появилось в моей голове из разных учебников, которые я изучала до приезда в лагерь для себя.
После базовых схем я решила, что надо говорить на разные темы. Я составила план, и теперь каждую неделю у нас была новая тема.
Тема «Семейное дерево» оказалась для кого-то легкой, а для кого-то — невозможной. Не потому, что слова father (папа) или mother (мама) были трудными. Некоторые настолько сильно скучали по родным, что не могли без слез вспоминать членов своей семьи.
Особенно трудно в лагерях жителям других стран. Обычно это жители экономически бедных стран — Киргизии, Таджикистана. У этих стран нет денег депортировать своих граждан на Родину. Таких людей не могут навещать близкие, и им гораздо труднее в лагерях, чем местным жителям. Каждый год они ждут, что их страны заберут их хотя бы на свою территорию. Так, при мне две мои ученицы из Киргизии, откуда-то услышав, что их будут депортировать на Родину, настолько в это поверили, что уговорили благотворительный фонд «Жартас» купить им вещи в дорогу. Вещи были куплены и привезены им, но домой они не уехали…
Тема «Цвета и одежда». Все должны были прийти на урок или принести с собой любую цветную одежду. Когда вечером все собрались в классе и сняли с себя верхнюю серую форменную одежду, получился настоящий яркий цирк. Цветные кофточки, рукодельные шляпы, цветные пижамы и шарфы — смех стоял невообразимый.
Мы так шумели, что не услышали шаги дежурного помощника начальника. В этот вечер дежурил самый строгий из четырех помощников. Раздался громкий стук в дверь. Дверь открылась.
