С одной стороны, хорошо, что люди приезжают в лагерь и начинают работать. Чем больше они загружены работой, тем меньше времени горевать. С другой стороны, в лагере практически нет места, где можно было бы уединиться. А люди устают быть постоянно в обществе.
Некоторые сами находят ответы на свои вопросы, но другая часть очень нуждается в хорошо подготовленных психологах. Айгуль не могла себе простить непреднамеренное, но убийство мужа. Конечно, мы ее успокаивали, объясняли, что это несчастный случай, что она должна жить и думать о сыновьях, но если бы в лагерях были опытные психологи, многие психологические проблемы можно было бы смягчить или вовсе избежать их.
После полугода пребывания в локальной зоне, мы распределились в разные отряды облегченных условий содержания, и я редко виделась с Айгуль. Через год она подошла ко мне и сказала, что стала смотреть на небо, но смеяться пока не может.
В лагере всех стараются трудоустроить. Есть разные участки — швейная фабрика, рыбный цех, пекарня, столовая, хозяйственный двор. Заработная плата очень маленькая, но женщины стараются устроиться на работу, чтобы быть чем-то занятыми.
Прибыв в лагерь, я тоже думала, чем заняться. Я решила, что могу использовать свои знания английского языка и шахмат. Меня определили в Центр творчества, отдельное одноэтажное старенькое здание. В Центре располагались различные кружки — вязания, фитнеса, настольного тенниса, танцев. Сначала для меня не нашлось комнаты, и меня посадили в комнату релаксации психологов, которая редко использовалась. Было лето, большая часть служащих в отпусках. Так что, пару недель я сидела в этой комнате и придумывала планы своих уроков английского языка.
Через пару дней ко мне заглянула симпатичная стройная девушка.
— Здравствуйте. Я Лора. Моя комната вязания — последняя дверь. Заходите, когда хотите.
Конечно, я пошла посмотреть комнату вязания, да так и застыла на пороге: на полу лежал светлый большой настоящий ковер, на диване — красивая белая накидка, на стене висели разноцветные вязаные вещи. Комната, освещенная ярким солнцем, показалась мне сказочной.
Когда хозяйка комнаты предложила мне сесть на диван, я несколько минут сомневалась, можно ли садиться на белую накидку. Лора угостила меня чаем и конфетами из красной жестяной коробки.
Я стала каждый день заходить к Лоре, и мы подружились. Оказалось, диван сделан из двух коробов, принесенных с хозяйственного двора. Ковер настоящий, из дома. Вязаные занавески и разные мелочи изготовила ее подруга, с которой они организовали эту комнату.
Лора помогла мне адаптироваться в лагере. Я пыталась заниматься с ней английским. У нее уже был базовый уровень, она хотела развивать его дальше, но когда голова занята другими мыслями, ничего дополнительного туда никак не помещается. Голова Лоры была полна мыслями о доме. Ко времени моего прибытия она уже отбыла в лагере пять лет и надеялась зимой пойти домой условно-досрочно.
Вообще Лора была оптимисткой. Но за годы пребывания в лагере у нее сложились некие стандарты поведения и ежедневных дел, которые она выполняла не задумываясь, автоматически. Такое происходит со всеми, кто находится в местах лишения свободы. Танцев и пения в ее распорядке дня не было.
Как-то вечером мы сидели в комнате вязания, я начала танцевать и звать с собой Лору. Она отнекивалась, что никогда в лагере не танцевала, я уговаривала ее потанцевать.
— Давай, тебя же никто, кроме меня, не видит.
В итоге я танцевала на ее чудесном ковре одна.
Но через некоторое время душа Лоры, видимо, не выдержала музыки и моего танца, и она тоже стала танцевать. После этого она танцевала уже и без меня, когда я окончательно обосновалась в кабинете напротив.
Через полгода после прибытия я попросила распределить меня в ее отряд.
В конце августа вернулась из отпуска заместитель начальника лагеря по воспитательной работе Татьяна Владимировна, очень активная жизнерадостная женщина средних лет.
В лагерях каждые полгода проводится День открытых дверей для родственников и друзей осужденных. В течение полудня женщины могут общаться со своими гостями возле клуба в центре лагеря и смотреть концерт осужденных.
Татьяна Владимировна постоянно искала для лагеря спонсоров и организовывала в лагере новые виды деятельности. В начале сентября на День открытых дверей она пригласила Общественный фонд «Жартас Казахстан», который организовывал в лагерях различные мероприятия. В этом лагере Фонд собирался организовать кружок английского и корейского языков. Им выделили последнюю свободную комнату в Центре творчества.
Меня решили объединить с Фондом. Из Фонда привезли материалы для ремонта комнаты, шторы, настоящую школьную доску, телевизор и видеоплеер. Все это называется гуманитарной помощью и очень приветствуется в лагерях.
