Зави, подавив накатывающее разочарование, отпила остывший чай из высокой кружки. Признавать поражение было рано, ведь в конце концов, не смотря на свой невыносимый характер, Том был с ней уже не первый год. Как говорила ей подруга: «Не важно, где он проводит день, важно куда возвращается ночевать! И вообще, мужчины как собаки — чем сильнее натянешь поводок, тем быстрее он убежит, так что не дави на него!» Первое время слова Анны казались ей смешными, но спустя какое-то время, Зави поняла, что подруга не ошибается. Томас и правда, не смотря на все всплывающие в сети скандалы с его участием, никогда не заговаривал о разрыве их отношений. Наоборот, он, казалось, получив чувствительного щелбана от общественности, сильнее огораживался заборами, окружая её, Зави, нежностью и вниманием, будто извиняясь за свое поведение.
— Привет! — просунув голову в приоткрытую дверь, улыбнулся Том, — Ты еще работаешь?
— Да… Думаю кое над чем, — уклончиво ответила Зави, спешно сворачивая с монитора компьютера поисковую страницу.
— Понятно. Сегодня во сколько планируешь закончить? Я хочу сейчас выйти на пробежку. Надеюсь, что когда вернусь, ты уже будешь свободна.
— Есть предложения на вечер?
— Есть.
— Том…
— Да, дорогая?
— А где Бобби?
На лице мужчины отразилось искреннее недоумение.
— Как это — где? Дома. Спит, как всегда, где-нибудь под диваном или креслом. Сейчас как раз вытащу его на прогулку. Ладно, всё, целую, — подмигнув девушке, без колебаний солгал он, спешно закрывая за собой дверь.
Зави облегченно выдохнула, вновь открыв ссылку на небольшое детективное агенство. Она еще колебалась, стоит ли нанимать частного детектива, чтобы он проследил за Томом. В конце концов, она обязана знать, где и с кем он проводит своё время. Не то, чтобы она ему не доверяла… Просто хотела убедиться, что в его жизни есть только одна женщина — она. Снова в задумчивости она посмотрела на адрес агентства, и, немного помедлив, переписала его себе в телефон. Возможно, завтра…
Еще немного погодя, она вернулась к работе. Все-таки, на этот вечер Том что-то задумал, и надо было как можно скорее покончить с сегодняшним планом. Её драма, которую она писала уже второй год, остановилась где-то в стадии «как оно мне надоело». Ещё раз перечитав отрывок, она безжалостно его удалила. Вот ведь ерунда получается какая-то.
Выйдя на улицу, Том надвинул капюшон куртки как можно глубже. Ему было некомфортно отсутствие такого привычного поводка-потяга, пристегнутого к поясу для бега. Да и тишина, не нарушаемая сопением и цокотом когтей по асфальту без Бобби тяготила.
Совершенно не ощущая желания заниматься сегодня пробежкой, он, всё же, медленно потрусил вниз по улице. Бег приводил в порядок его мысли. Бег освежал. Давал новые идеи. А сейчас они были ему жизненно необходимы.
Как вернуть свою собаку не уронив остатки достоинства в глазах Натали? Соврать? Придумать, будто кто-то из близких попал в неприятную историю и он… Какой ужаснейший бред! Он поймал себя на мысли, что ведёт себя как глупый школьник. Сочинить историю, чтобы выкрутиться из другой истории? Что делать?!
В замешательстве он остановился посреди тротуара, наблюдая, как пожилая пара, рука об руку, выгуливала не менее пожилую собаку. По привычке он поискал взглядом Бобби, чтобы удостовериться, что они вдвоём не мешают прохожим. Движения троицы были размеренными, неспешными. Мужчина, склонившись к уху своей спутницы, что-то рассказывал. Том, вздохнув, хмыкнул. Он искренне скучал по Бобби.
План отсутствовал. Вряд ли она ответит на его звонок или сообщение — слишком по-идиотски он поступил, сбежав, как последний мальчишка. Да и было ли от чего бежать? Всего-лишь поцелуй! При воспоминании об этом, он невольно ощутил мурашки на коже, перерастающие в физическое желание. Как не кстати! Фыркнув, он заставил себя продолжить движение, сбрасывая так не вовремя проснувшуюся физиологию в нагрузку. И всё же воображение и феноменальная память живо рисовали ему гордый изгиб её полных чувственных губ, с родинкой с правой стороны, словно у Мерлин Монро. Зелено-карие глаза, распахнутые от непонимания, и одновременно смеющиеся над его поступком. Аромат и привкус кофе от их поцелуя выбил его из колеи, и теперь, каждое утро, ощущая этот запах, он волей не волей возвращался мыслями к случившемуся. Всего-лишь поцелуй… Всего-лишь?.. Почему он так его тревожит и заводит? Тряхнув головой, Том отогнал зашедшие слишком далеко и не в том направлении мысли.
Может, послать сообщение от лица театра, и пригласить ее, как фотографа, на генеральную репетицию? В каком там она агентстве? Кажется, в Элсли Хаус было одно, названия которого он не помнил. Что ж, выяснить проблемы не составит. Попросить Эдварда отослать пригласительный на её имя в это агенство…
