Пустые дороги легко пропускают нас к нужной длинной трассе с однотипным пейзажем.Лес, лес, лес, фонари, лес.Он хочет завезти меня куда подальше и оставить там, чтобы было меньше мороки? Хорошая идея.Приблизительно через полчаса мы подъезжаем к роскошному особняку почти посередине леса, куда ведет мощенная камнем дорожка, она еще подсвечивается уличными плоскими фонариками, указывая путь.
— Пошли, — говорит Кирилл, беря опять меня за руку и вытаскивая из машины.Я отталкиваюсь от мягких сидений, вылезая на свежий воздух.Кирилл роется в кармане куртки, доставая оттуда опять-таки тысячную купюру, отдавая водителю, что через секунду скрывается из поля зрения.Похоже, мы тут вдвоем.
Кирилл быстрым и широким шагом направляется по тропинке к дому, ведя меня за собой.Чтобы мне успеть, я уже чуть ли не бегу за ним.Крохотное путешествие занимает у нас около трех-четырех минут, и мы попадаем на крыльцо престижного особняка с белыми стенами, прозрачными мансардными раздвижными окнами и шикарной дорогой мебелью.Кирилл вытаскивает связку ключей из кармана, нарыскивая нужный и, наконец, подбирает его.
Парой ловких движений он открывает дверь, провожая меня внутрь.Я скромно стою на пороге, осматривая лестницу, ведущую наверх.Слышу, как дверь позади захлопывается, и ощущаю фигуру Кирилла за мной.Он на голову выше меня, поэтому чувствую его горячее дыхание на моем затылке.
Он разувается, проходя вперед.Рукой нарыскивает выключатель, зажигая тусклый теплый свет, который освещает путь на второй этаж и коридоры.
Все это время залипаю на красоту внутри дома, разинув рот.Ловлю на себе насмешливый взгляд парня, что ждет меня.Я ловко расправляюсь с обувью, следуя за ним.Мы оба медленно поднимаемся на верхний этаж, соскакивая со ступени на ступень.Чувствую, как при каждом подскоке моя юбка колышется и поднимается, и я каждый раз одергиваю ее.
Взобравшись по лестнице в просторных хол, мы сворачиваем в темный широкий коридор налево.Мало, что успеваю рассмотреть, поскольку мы двигаемся достаточно в темпе.Кирилл ведет меня к матовой стеклянной двери, заходя первым внутрь.
По середине стоит двуспальная белоснежная кровать, по бокам — тумбочки со стеклянными светильниками, отдающими голубизной.По углам расставлены переливающиеся вазы, в которых простаивают искусственные ветки и серебристые цветы.На полу простилается неимоверно мягкий ковер.
Мы долго стоим, пялясь на эту кровать, после чего парень отпускает мою руку.
— Душ — по коридору и налево, а здесь ты будешь спать, — говорит он, удаляясь из комнаты.Я хмурюсь, успевая схватить его за теплую ладонь.
— Я, что, тут одна буду? — Кирилл пожимает плечами, улыбаясь. — Я бы осталась дома, — недовольно продолжаю я, скрещивая руки на груди и направляясь в ванную комнату.
Лениво стягиваю с себя одежду, помещаясь под теплой струей воды, что согревает меня.Я стою с закрытыми глазами, довольствуясь моментом.
Вылезаю через пятнадцать минут, натягивая на себя свою длинную футболку, что едва достает до коленок.Тихо открываю деревянную дверь, направляясь обратно в спальню.Почти открываю дверь в комнату, как чувствую некое давление сзади.Кирилл подталкивает меня внутрь за талию, закрывая за собой дверь.Я пытаюсь повернуть к нему лицом, но он продолжает направлять меня в сторону кровати.
Наконец, мы заваливаемся на нее, и тело Незборецкого ложится на меня снова.Чувствую его массивный корпус на себе.Он придерживается на коленях и локтях, улыбаясь и сжимая мой живот.
— Теперь не одна, — говорит он, обнажая ослепительные ровные зубы.Я смеюсь, обвивая руками его шею. — И теперь с обязательствами, — Кирилл язвит и лапает меня, начиная животом, заканчивая ногами, которые и так в синяках.
— У меня до сих пор по бокам синяки, — жалуюсь я, указывая головой вниз.
— Это клеймо, — ехидничает Кир, обжигая поцелуями мою шею. — Потому что теперь ты — моя, — после этих слов я отрываюсь от него, нахмуривая лоб.
Он щурится, поджимая под глаза острые скулы, об которые, казалось бы, можно обрезаться.
— Я… не твоя, — уворачиваюсь я, пытаясь выбраться из-под него, но он только сильнее давит на меня.
— Ты сама согласилась сегодня, так что теперь моя, и теперь у нас есть обязательства, — он разъясняет, одновременно и отрывисто целуя меня то в шею, то в щеку, но только от губ я уворачиваюсь, потому что знаю, если почувствую опять этот приторный вкус, то меня уже не спасти.
Ощущаю крепкую хватку его пальцев на своем подбородке.Мы оба улыбаемся, и его лицо двигается к моему.Наши губы соприкасаются, и мы сливаемся в поцелуе.Как я и говорила, что тут же теряю голову, будто мое подсознание улетает куда-то.Голова кружится, а внутри меня стелется теплый флер, что покрывает сердце, покалывающе.Кирилл снова сжимает мои бедра, не отрываясь от губ.Я обнимаю его за спину, притягивая к себе.Все повторяется.Снова.
