– Куда собираться? – спросила Дроздова.
– Здесь недалеко. Улица Короленко, 4. Первый полицейский участок!
– Но ведь я вчера был там и прошел регистрацию, – сказал Лавров-Герасименко.
Полицай приказал тем, кто пришел с ним.
– Обыскать все!
– Как обыскать? – ничего не понимал Лавров. Ведь у него были самые надежные документы.
– Ты не болтай языком, а собирайся. Ты и баба твоя арестованы.
– Но за что?
– В участке тебе все разъяснят. А пока закрой рот и одевайся!
Лавров кивнул Дроздовой, чтобы не оказывала никакого сопротивления…
***
Вскоре Лавров уже сидел на допросе в кабинете местного начальника участка.
– Ты есть Антон Герасименко?
– Там написано. Что-то не так с моими документами?
– У тебя не документы, парень, – засмеялся полицейский.
– А что? – спросил Лавров-Герасименко.
– С такими бумагами тебя хоть сразу нашим начальником ставить можно. И все печати на месте! И подписи и фамилии тех кто должности занимает! Все правильно!
– Так что не так?
– Слишком идеально всё, Герасименко. Так не бывает.
– Скажите, за что нас арестовали?
– Сейчас по твою душу прибудет сам начальник полиции Харькова Борзенко.
– По мою душу? Но я ничего не сделал? И я сразу по прибытии в Харьков пришел в полицию. Показал мои документы и честно рассказал о цели моего приезда в город.
– Вот сейчас приедет начальник, и расскажешь ему все.
– Не понимаю.
– Ты парень с ним не шути. Борзенко все жилы вымотает, но ему ты расскажешь все. Так что не доводи до греха. Покайся сразу.
– Да не в чем мне каяться!
– Не в чем? – усмехнулся полицейский. – Ты ведь не знаешь, что взяли тебя по приказу самого Борзенко! Думай, парень. Крепко думай!
Лавров вспомнил слова майора Лайдеюсера. Ему нельзя было попадать в руки СД. А если им заинтересовалась местная полиция, то еще потеряно не всё. Нужно думать. Что могло произойти? Может это из-за того что Дроздова пыталась связаться с певичкой Савика Нечипоренко? Может Савик на крючочке у полиции?
– Где Анна? – спросил Лавров.
– Баба твоя? Дак здесь недалеко. Да ты ежели скажешь всё, то ничего с бабой твоей не случится.
***
Прибыл начальник полиции города Харьков господин Борзенко. Он ворвался в кабинет и спросил:
– Это он?
– Тот самый господин начальник.
– Где его документы?
– Вот на столе.
Борзенко внимательно почитал бумаги Лаврова.
– Стало быть, ты Антон Герасименко? – спросил он, бросив листки на стол.
– Он самый и есть, – ответил Лавров. – Я Антон Герасименко.
– А вместе с тобой баба твоя?
– Точно так, Анна Герасименко.
– А я начальник вспомогательной полиции Харькова Борзенко. И вот прибыл сюда ради тебя.
– Ради меня? Большая честь, господин Борзенко. Но я не понимаю…
– Скоро ты все поймешь.
– Но у вас мои документы. Разве с ними что-то не в порядке?
– Хорошие у тебя документы, Герасименко. Вот я никогда бы не догадался, что ты вовсе не Герасименко, если бы не случай.
– Как не Герасименко? А кто?
– Вот на этот вопрос ты мне и ответишь. Кто ты такой?
– Антон Герасименко. И документы мои настоящие!
– Я бы поверил тебе, если бы не случай.
– Какой случай? Вы можете мне все объяснить? Я ничего не понимаю!
Борзенко ответил:
– Ты и баба твоя подозрений бы не вызвали. И все поверили бы, что вы муж и жена Герасименко.
Лавров понял, что причина ареста не Дроздова и не Савик Нечипоренко. Про Савика эти люди по всей видимости ничего не знают. Значит, провалился третий – Шигаренко! Ведь говорил же он Лайдеюсеру что вдвоем им будет много легче.
Борзенко сказал:
– Третий ваш товарищ оказался не тем, за кого себя выдавал по документам.
– Я не понимаю вас, господин Борзенко.
– А я тебе зараз все поясню, хлопче. Придумал мой здешний помощник, одну штукенцию. Как красных диверсантов вылавливать. И всё вроде просто, но однако попадаются диверсанты-то. Семёнов!
Вошел полицай.
– Здесь Семёнов!
– Расскажи ему, как взяли их третьего дружка.
– Дак как вы приказали. Проверку для него учинили. Он сразу и попался. Поверил значит, что я красный диверсант. И сказал, что ищет пути-дорожки к большевичкам. Я ему значит и говорю, коли ты желаешь, то могу тебя с нашими людьми свести. Он обрадовался и пошел за мной. Мы его и спеленали. Теперь в подвале сидит как пес на цепи. Но пришел он не один, а вроде как с родичами. Мужик и баба по фамилии Герасименко. Торговать сюда приехали. Ну мы вас и упредили, господин начальник.
Борзенко посмотрел на Лаврова-Герасименко.
– Плохо вас учат у красных-то! Сразу попались голуби.
– Я не понимаю…
– Ты, хлопец, шутки шутить не моги со мной, – прервал его Борзенко. – Я же по-доброму хочу. А ты нарываешься на неприятности. Вот баба твоя у нас. Мы с неё и начнем. Семёнов!
– Да, господин начальник?
– Ты бабу давно не пробовал?
– Да с неделю назад было.
– С неделю? А с комиссаршей сладишь ли, коли она брыкаться станет?
– Слажу, не сумлевайтесь. Ежели мне её на час отдадите, то потом она вам все и расскажет.
Лавров понял, что Дроздову они пустят в обработку. И играть с полицаями нужно по-другому. Все отрицать и держаться легенды не получится. «А если использовать Вильке? Лайдеюсер предостерегал от этого, но сейчас стоит действовать нестандартно!»
– Я буду говорить, – сказал Лавров.
