— Озабоченное тобой?
— Нет. Такое, как если бы ты потерял очень важную гайку. Крышку от бензобака. Я не знаю, что-нибудь особенное, что для тебя важно.
— Ключи от твоей машины.
— Точно! Ключи от моей машины. Ты их потерял. Думай об этом.
— Ты бы меня убил.
— Даже не сомневайся. Сконцентрируйся.
Они выскользнули из выставочного зала, Джеймс быстро пошёл вперёд по широкому пустому коридору. Мимо мелькали таблички с указателями. Тут было светло и очень тихо. Джеймс завернул за угол, впереди замаячили высокие двери с надписью «HALL 1». Перед ними стоял скучающий охранник с логотипом Конференц-центра на рубашке.
— Извините, — он вежливо преградил дорогу. — Мероприятие уже закончилось.
— Я знаю, — обаятельно улыбнулся Джеймс. — В этом-то и проблема. Видите ли, я секретарь доктора Шермана, он выступал на конференции, но мой помощник, — он кинул на Майкла злобный взгляд, тот виновато потупился, поджав губы, — забыл забрать флэшку с материалами доклада.
— Свяжитесь с техниками, они вам её перешлют, — охранник пожал плечами.
— Я был бы счастлив решить это так просто, — Джеймс поднял брови, — но доктор Шерман улетает в Сан-Франциско сегодня вечером, у него самолет через четыре часа, завтра он выступает на съезде офтальмологов в Москоне. Если материалов у него не будет, головы снимут нам обоим, мне и этому долговязому. Дайте нам десять минут, если у вас есть сердце.
Охранник поколебался, потом кивнул.
— Ладно. Не копайтесь, здесь всё закроется через полчаса.
— Я никогда не забуду вашу доброту, — Джеймс обеими руками потряс его ладонь, явно оставив там сложенную купюру.
Как только за ними закрылась дверь, они переглянулись, едва сдержавшись, чтобы не захихикать сразу же.
— Ну ты убедительно заливаешь, — шепнул Майкл.
— А ты краснеешь, как по заказу. Я бы и сам купился.
Они прокрались по пустому тёмному залу между рядами стульев, залезли на сцену. За кулисами горели тусклые лампы, остальное пространство терялось в полумраке. Майкл развернулся, посмотрел в темноту.
— Интересно, что чувствуют актёры на сцене? — вполголоса спросил он.
Джеймс, уже убежавший вперёд, вернулся, встал за спиной.
— А если бы ты был актёром, что бы ты чувствовал?
Шёпот звучал неожиданно громко, разлетаясь по залу.
— Да какой из меня актёр, кудряшка. Только если в фильмы ужасов.
— А ты представь, — Джеймс обнял его за пояс, ткнулся лбом в лопатки. — Если бы ты только что отыграл спектакль, где у тебя главная роль, тебе все хлопали так, что отбили ладони, и кричали, и вытирали слёзы, но сейчас зрители уже разошлись, и ты стоишь здесь и смотришь в зал, где они только что были… Что бы ты чувствовал?..
Майкл смотрел в темноту и молчал.
Он бы чувствовал… он бы чувствовал что-то. Что-то спокойное и усталое, что-то правильное, безымянное, что-то очень большое и радостное, немного грустное, но очень тёплое.
— Мне было бы хорошо, — севшим голосом сказал он. В горле вдруг страшно запершило, так что пришлось откашляться, прежде чем он смог нормально вдохнуть. — Пыльно здесь, что ли? — пожаловался он, сглатывая свербящую щекотку и вытирая тыльной стороной ладони непроизвольные слёзы.
— Пошли, — Джеймс за руку потянул его за собой. — Я знаю, что нужно сделать!
— Воды найти, — Майкл покашлял в кулак.
Джеймс утянул его за кулисы, безошибочно нашёл двери с табличками «Гримерная». В руках у него был лист бумаги и катушка скотча — откуда только успел стащить?..
— Ручка есть? — спросил Джеймс.
— Я ж не писатель, откуда у меня ручка возьмётся?
— Тогда стой тут, я видел маркеры возле кулис… Прицепи это пока на дверь, — он сунул Майклу бумагу.
— На какую дверь?.. — переспросил Майкл. — И зачем?..
— На любую, какая тебе больше понравится, — на бегу бросил Джеймс.
Майкл задумчиво посмотрел на гримерки — их было три, и они ничем не отличались друг от друга. Поразмыслив, он скотчем приклеил бумагу к двери в центре.
— Я так и думал, что ты выберешь эту, — Джеймс просиял.
— Чё мы тут вообще делаем? — спросил Майкл.
— Слушай, ты можешь в это не верить, но это работает. Просто делай, как я говорю, ладно? — Джеймс сунул ему в руку красный маркер. — Нарисуй звезду.
— Типа, как на гримёрках у всяких знаменитостей?
— Именно.
Майкл скептически хмыкнул, сдернул зубами колпачок и нарисовал. Звезда вышла немного кривоватой, всё-таки практики у него было не много.
— А теперь, — тихо сказал Джеймс, — напиши своё имя.
— Что?.. Зачем?..
— Напиши своё имя, — повторил Джеймс.
Майкл повернулся к двери, поднял руку и остановился.
— Да ну. Это какая-то ерунда.
— Вовсе нет.
— Да у каскадёров не бывает отдельных гримерок, даже у самых крутых.
— А может, ты станешь таким крутым, что у тебя она будет?..
— Я не могу.
Джеймс молчал. Майкл разозлился — что за хернёй они тут страдают? Что за детские игры?.. И… почему внутри всё сжимается от страха?..
— Ты мне веришь? — тихо спросил Джеймс.
Майкл нерешительно протянул руку, написал «М». Потом — «А». Потом — все оставшиеся буквы.
