За это время копания в своей памяти Свешников извлек из нее несколько моментов, которые объединяли все четыре случая. Во-первых, цена. Каждый раз продавцы отдавали свои квартиры существенно дешевле рыночной стоимости. Во-вторых, долги за коммуналку. Отчасти этим хозяева квартир и объясняли низкую стоимость имущества. Третьей общей чертой стала спешка. Хозяйка квартиры договаривалась о том, что нотариус примет участие в оформлении недвижимости, а уже через день-другой сообщала, что покупатели найдены, и назначала день оформления сделки.
Еще одним общим фактом для всех четырех случаев был день заключения сделки — пятница. И обязательно — вторая половина дня. Выезд для заверения сделки в продаваемую квартиру Свешников и считать общей чертой не стал, поскольку он лежал совсем уж на поверхности. Ну а последнее, о чем сообщил нотариус, это одинаковое состояние мужей во время подписания договора купли-продажи.
— Да, соглашусь, что они были в состоянии легкого алкогольного опьянения, но это им здраво мыслить не мешало. И на этом я буду настаивать даже на суде, если меня привлекут к процессу! — заявил Свешников, словно убеждая даже самого себя. — Получалось так, что во всех четырех случаях они подключались к проведению сделки в последний момент. Подходили, отвечали на вопросы, ставили подписи и уходили. Но я еще раз повторю: все четверо в тот момент были абсолютно вменяемы!
— Да успокойтесь, Михаил Макарович, я вам верю, — с легкой усмешкой остудил пыл нотариуса Гуров. — Кто-то из посторонних, кроме хозяев и покупателей, на заключении сделок присутствовал?
— Да, я слышал какие-то мужские голоса в других комнатах, но туда, где я заверял документы, из посторонних никто не входил! — Слова сыщика не убавили горячности в речах Свешникова. — Так что могу с полной ответственностью заявить, что давлению никто из сторон в момент подписания документов не подвергался! Сделки они заключали добровольно и в трезвом уме, и мне себя упрекнуть не в чем!
— Это хорошо, когда человек уверен, что его совесть чиста, — усмехнулся Гуров, резко сменив тон. — Теперь, Михаил Макарович, молитесь, чтобы я не нашел доказательств, которые в вашем случае будут свидетельствовать об обратном…
Разговор со Свешниковым все же был полезен, хотя никакой наводки на бандитов получить не удалось. Гуров убедился, что нотариус с Подсадным ястребом не связан, а вот почему подельники выбрали именно его для совершения своих сделок с квартирами, стало понятно. Видимо, преступники знали о гибкой морали Свешникова и были уверены, что тот закроет глаза на не слишком адекватное поведение хозяев продаваемых квартир. Конечно, это могло означать, что бандиты уже когда-то работали с этим нотариусом и были участниками похожих сделок, когда Свешников не обращал внимания на то, что его клиенты пьяны или под наркотиками, но даже такой вывод помочь сыщику не мог: слишком много клиентов было у нотариуса, и для их проверки потребуется несколько недель, а то и месяцев. А Гуров чувствовал, что времени у сыщиков оставалось совсем немного. Не исключено, что Подсадной ястреб с Дублершей уже готовят очередную аферу, ценой которой станет чья-то жизнь.
Именно разговор со Свешниковым укрепил Гурова во мнении о том, что эта парочка работала над своими преступлениями без всяких помощников. Как и в истории с нотариусом, они предпочитали находить людей с моральными убеждениями, подходящими для их планов, а затем использовали их вслепую. Сыщик считал, что Подсадной ястреб с Дублершей очень осторожны и уверены в том, что останутся безнаказанными до тех пор, пока об их планах не узнает кто-то третий. Именно поэтому преступники и не брали подельников, да они им были и не нужны. Но в одном Гуров считал их правыми — преступлениям этой парочке настанет конец именно тогда, когда об их планах кто-то узнает. И первым таким человеком стал Воробьев, который нюхом почувствовал преступление, а теперь о Подсадном ястребе и Дублерше знает достаточное количество людей, чтобы помешать их следующему удару. Осталось только установить личности преступников и понять, где именно они его нанесут. Главное — успеть это сделать!
К возвращению Гурова Крячко уже успел сделать немало. Он даже пообщался с тем предпринимателем, который массово скупил сим-карты у оператора сотовой связи, а потом так же, оптом, их и продал. Правда, пообщался с ним Станислав опосредованно — через мурманских полицейских, поскольку предприниматель оказался весьма недоверчивым типом и общаться с сыщиком по телефону не захотел. Вот Станиславу и пришлось связываться с мурманским Управлением МВД, чтобы местные полицейские лично получили от бывшего бизнесмена необходимую информацию.
