– За что?
Кристофер широко улыбнулся, заметив ее удивление, а потом серьезно ответил:
– За то, что ты есть. И за то, что ты со мной.
Милли несколько раз быстро моргнула, прогоняя непрошеные слезы, и нежно улыбнулась в ответ:
– То же самое могу сказать о тебе.
Кристофер провел пальцами по ее щеке, отбрасывая назад упавшие на лицо волосы, и посмотрел ей в глаза так, будто заглядывал прямо в душу.
– Я редко это говорю, но я люблю тебя.
– Я знаю, дорогой, – Милли потянулась вперед, чтобы поцеловать его. – И я тебя.
А потом снова свернулась в его объятиях, чувствуя, что уже начинает засыпать. Кто бы мог подумать, что на Кристофере спать удобнее, чем на подушке, мелькнула веселая мысль, прежде чем Милли окончательно погрузилась в сон.
========== Об обязанностях ==========
Пытаясь успокоиться, Милли прошлась несколько раз взад-вперед по спальне – гораздо более просторной комнате, чем та, к которой она привыкла. С изящным туалетным столиком, резным дубовым бюро и кроватью такой широкой, что на ней можно было спать поперек.
Милли вздохнула и села на эту самую кровать. Реальность жестко напомнила о себе, едва они с Кристофером вернулись из медового месяца. Реальность в виде многочисленных обязанностей будущего Крестоманси. Впрочем, теперь уже не будущего, а настоящего, напомнила себе Милли. Как раз сегодня Габриэль передал титул Кристоферу. Торжественная часть была невероятно пышной и не менее трогательной. Но надо же было именно в тот день, когда Кристофер только принял титул, чтобы его куда-то призвали!
Стояла уже глубокая ночь, а он всё еще не вернулся с вызова.
– Я знала, за кого выходила замуж, – пробормотала Милли.
Разумное напоминание не очень-то помогло. Она чувствовала себя ужасно одинокой в этой большой комнате, где так не хватало Кристофера. Решительно настроенная дождаться мужа во что бы то ни стало, Милли переоделась в ночную рубашку и устроилась в кровати с книгой. Она надеялась, что книга поможет отвлечься от беспокойства и глухой тоски, но надежда не оправдалась. Чтение, которое всегда поглощало Милли с головой, заставляя напрочь забыть о реальности, на этот раз и далеко не завладевало вниманием.
Кристофер вернулся, когда она уже готова была разрыдаться. И выглядел уставшим, но одновременно невероятно довольным собой. Однако улыбка, которой он приветствовал ее, исчезла, когда он подошел ближе. Милли обреченно вздохнула: она должна была догадаться, что Кристофер почувствует ее настроение.
– Милли? – обеспокоенно спросил он. – Что случилось?
Она не хотела нагружать его своими переживаниями – он не был виноват в сложившейся ситуации. Но знала, что если промолчит, Кристофер только больше будет беспокоиться.
– Ничего, любовь моя, – вздохнула она, когда Кристофер сел рядом, внимательно вглядываясь в ее лицо. – Просто я беспокоилась. И скучала. И мне было ужасно одиноко.
Теперь Кристофер смотрел на нее с виноватым выражением – этого-то Милли и боялась. И не дав ему возможности ответить что бы то ни было, она поспешно добавила:
– Нет, не вздумай извиняться. Ты ни в чем не виноват. Я всегда знала, что значит быть Крестоманси. Просто… как-то очень резкий получился переход после медового месяца.
– Да, для меня тоже, – Кристофер вдруг усмехнулся. – Я даже подумывал попросить Габриэля отложить немного церемонию, но потом подумал: он так давно жаждал сбросить это бремя со плеч… У меня не хватило духу заставлять его ждать еще дольше.
Милли засмеялась, покачав головой. Дурного настроения как не бывало. Кристофер довольно улыбнулся и коротко поцеловал ее.
– Я не могу тебе обещать, что не буду задерживаться допоздна. И даже, что не буду задерживаться слишком часто. Как и что меня не вызовут в самый неподходящий момент.
Кристофер на мгновение замолчал, и Милли уже собиралась сказать, что знает и не собиралась ставить ему такие условия, но не успела.
– Я знаю, что ты и не потребуешь этого от меня, – будто прочитав ее мысли, продолжил Кристофер. – Но я могу обещать всегда находить время для тебя – хотя бы несколько минут. Ты не должна чувствовать себя одинокой, это неправильно.
Милли обняла его, положив голову на плечо, и подумала, что, наверное, все-таки заплачет – только по совсем другой причине. Ей достался самый невероятный муж на свете, она всегда это знала.
Кристофер провел ладонью по ее спине, а потом немного отстранил от себя, чтобы горячо поцеловать.
– И я тоже соскучился по тебе, – прошептал он между двумя поцелуями.
Милли зарылась пальцами в его волосы, жарко целуя в ответ. И всё остальное забылось.
========== О приемах ==========
– Это было невероятно скучно! – Милли со вздохом бросила сумочку в кресло. – Я думала, что усну прямо посреди речи лорда Колдвелла.
Она с облегчением принялась стягивать тяжелое парчовое платье, чтобы переодеться в более удобную одежду. Что она там в детстве думала о стесняющих дыхание платьях Двенадцатого-А? Она тогда не знала, что такое наряд для великосветских приемов!
– Угу, – согласился Кристофер, окидывая ее фигуру, теперь облаченную только в нижнюю сорочку, взглядом ценителя. – Но без тебя было бы еще хуже.
