Достав из кармана скрученную сигарету, набитую коноплей, Эшли прикурила. Она с наслаждение затягивалась, сигарету громко трещала, горло слегка обжигало пахучим дымом. Она не понимала, зачем это делала и для чего, но раскуривание травы стало естественным рефлексом организма на любой стресс. Жизнь в семье алкоголиков была малоприятной. Находиться в одном доме с ними — тяжелое испытание, травка помогала Эшли выдерживать его. «Давно я не курила, — подумала Эшли. — Целых несколько дней. Хотя раньше меня без косяка было не увидеть».
— Эш, что за хрень? — Марта вошла в комнату, одетая в повседневную одежду, с удивлением взглянула на травку. — Это что, дурь?
— Хочешь? — Эшли протянула Марте дымящуюся сигарету. — Она безвреднее пива, а стресс снимает лучше. Не парься.
— Я еще как парюсь, — Марта скрестила руки на груди и возмущенно глянула на Эшли. — Мне не хочется, чтобы ты зависела от этой фигни. Для меня важно твое здоровье.
— Ну, может…. - задумалась Эшли. — Может, ты и права, да, — Эшли затушила сигарету в пепельнице. Я больше не буду. Ты все?
Телефон зазвонил. Звонили с незнакомого номера.
— Да?
— Эшли Голдберг? — послышался в телефоне мужской голос, звучавший на фоне многочисленных телефонных звонков и разговоров. Звонили из диспетчерской, или приемной.
— Да, это я.
— Вас из Городской больницы Гейбл Тауна беспокоят. Молли Голдберг — ваша мать?
— Да, моя, — с тревогой ответила Эшли. В сердце защемило.
— Ваша мама попала в больницу с побоями. Мы делаем все, что можем, но пока она в коме. Шансов мало, но они есть. Я понимаю, что вы приехать не можете, но мы посчитали нужным оповестить вас.
Эшли молча сбросила звонок.
Как это — Молли в коме? Что с ней случилось? Неужели…. Эшли вдруг нахмурилась, вспомнив слово «побои». Неужели Ларри избил Молли до полусмерти? Лицо Эшли стало суровым, внутри заклокотал гнев. Ей хотелось разорвать Ларри на части, отмыть пол и стены его кровью, убить его самой мучительной смертью.
— Солнышко, что случилось? — обеспокоенно спросила Марта.
— Оставайтесь здесь. Я иду домой, потом за Рондой. Мне надо разобраться кое с чем, — Эшли встала. — Я урою этого ублюдка.
— Подожди. Я иду с тобой, — сказала Марта, взяв Эшли за руку. — Я не отпущу тебя без прикрытия.
— Идите за Рондой.
— За Рондой отправим Энтони. Он же вызывался. Я пойду с тобой.
Так и сделали.
Не смотря на страшный риск быть пойманными и его последствия, они покинули безопасный дом. Энтони отправился в лес, а вот девушки направились к дому Эшли. Патрулей в городе стало больше. Приходилось незаметно прокрадываться мимо них, избегая больших улиц и общественных мест. К счастью, дом Эшли находился на окраине, потому концентрация сил СБН там была намного меньшей, чем в остальных районах.
«Форд» Ларри стоял во дворе. Эшли взглянула на него, а затем они с Мартой вошли в дом. Марта оглядывалась с удивлением. Дом изменился до неузнаваемости. В воздухе стоял резкий запах перегара, смешанный с вонью нестиранных вещей и пота. После дворца Марты это место выглядело полнейшим убожеством, кошмарным адом, в котором находиться было просто невозможно. Настроение сразу же испортилось.
— Господи, солнышко, — тихо проговорила Марта, удивленно оглядывая ободранные стены. — Ты жила здесь четыре года?
— Примерно так, — сказала Эшли.
— Я не отпущу тебя сюда, — пообещала Марта. — Когда родители приедут, я скажу им, что ты живешь у нас, и мне все равно, хочешь ты того, или нет.
— Не вздумай применять силы, пока их не применю я, ясно? Чтобы не случилось.
С гостиной донесся хриплый мужской стон. Эшли нахмурилась, стиснув зубы.
— Молли, шлюха! Это ты?! Тебя уже отпустили из больницы?! Я вызвал скорую, потратил деньги на мобильном, теперь ты торчишь мне пива! Где оно?! — рычал Ларри отвратительным голосом, искаженным от алкоголя. — Дай мне мое пиво!
Эшли вошла в гостиную вместе с Мартой. Ларри сидел на диване в отвратительных нестиранных трусах, на его белой футболке виднелись засохшие рвотные пятна, не отстиранные до конца, рукава в области подмышек были сырыми от скользкого пота. Вонь усилилась. Марта закрыла глаза не в силах смотреть на это, ее чуть не вырвало. Она поразилась силе воли Эшли. Тяжело было жить в таких условиях, оставшись при этом адекватным, не спившимся человеком.
— Ты? — Ларри взглянул на Эшли остекленевшими глазами. — Ты, мелкая проститутка.
Ларри поднялся с дивана, приблизился к Эшли, угрожающе навис над ней. Но ни марта, ни Эшли не сдвинулись с места. После событий в школе, после стрельбы, психика Марты стала крепче. Ее уже было намного труднее напугать, она понимала — пьяный Ларри далеко не самое страшное существо в мире. Всего лишь алкоголик, грозный только в бою с беззащитными женщинами, вроде Молли. Он вызывал не страх, а отвращение. Эшли уверенно смотрела ему в глаза, без капли сомнений и страха. Ларри чувствовал ее бесстрашие, даже онемел на секунду, но потом схватил за воротник.
— За что? — спросила Эшли, глядя Ларри в глаза. — За что ты ее избил, урод?
