— Нет уж, — Найджел покачал головой, взяв Лиз, собравшуюся продолжить путь, за плечо. — Тогда я отказываюсь идти. На кой мне рисковать тобой и собой непонятно ради чего?
— Милый, какой же ты зануда, — улыбнулась Лиз, ласково поцеловав Найджела. — Ладно, ладно. Мы идем в гости к Бэтти и моим друзьям….
— Исключено, — Найджел энергично покачал головой, убедился, что на дорогах нет патрулей, и попытался уйти, но Лиз втянула его обратно в нишу.
— Да стой ты.
— Что мне там делать? — удивленно спросил Найджел. — Это школьные элиты, выходцы из богатых семей, и я, нищеброд. Ты хоть представляешь, как это будет выглядеть?
— Я знаю, как тебе одиноко, — Лиз погладила Найджела по щеке. — Поверь мне. Тебе нужны друзья. И теперь, когда ты со мной, они примут тебя.
Сначала Найджел смотрел на Лиз с сомнениями, а потом задумался. Вся его жизнь была одним большим черным пятном до появления Лиз. Как только они познакомились, быт Найджела наполнился яркими красками, ему стало хорошо. Так с чего теперь должно было стать хуже? Да, было очень одиноко. Изгой одинок по определению, но это не значит, что одиночество ему нравилось. Лиз хотела дать ему шанс найти компанию, хотела дать шанс перестать быть отшельником, роль которого очень утомила Найджела. Да. Друзей иметь хотелось. Найджел абсолютно доверял Лиз, решив позволить ей помочь себе. Ведь какая разница, из каких кругов друзья? Главное, что они друзья.
Нужный дом можно было узнать практически сразу. Внутри ухала клубная музыка, окна содрогались от раската баса, слышались восторженные крики. Найджел и Лиз пришли к самому разгару вечеринки, утроенной старшеклассниками в доме Томаса.
Дверь черного входа открыл Томас — крепкий чернокожий парень лет восемнадцати, одетый в джинсы и футболку с изображением тусовщика. Сначала он посмотрел на Найджела хмуро и не очень-то приветливо, между ними возникло напряжение, но как только Томас растянул губы в доброжелательной улыбке, напряжение как рукой сняло.
— Входите, — пригласил Томас.
Они вошли в роскошную прихожую. Живя у Лиз Найджел привык к богатой обстановке, но его все равно не переставали удивлять разнообразия вкусов богатых людей и возможности, доступные им для ремонта. Этот дом изнутри был выполнен в современном восточном стиле. Музыка звучала очень громко, разливаясь по всем комнатам раскатистым басом. Найджела удивило то, что местные подростки из богатых семей не боялись закатывать такие громкие мероприятия.
— А вы не боитесь, что вас прикроют? — спросил Найджел.
— А с чего нас прикроют? — Томас изогнул бровь, удивленно взглянув на Найджела. — Мы уже были тут, когда СБН запретило выход на улицу. Куда нам деваться? Вот мы и тусим, — Томас подмигнул.
Неожиданно Томас дружески приобнял Найджела, и повел в гостиную. Найджел сразу напрягся, неловко сопротивлялся, вход в толпу для него был самоубийством, но Томасу удалось затянуть его в эпицентр вечеринки. В гостиной, вокруг пульта Ди Джея, в танце отдыхал народ. Мощная акустическая система, стоявшая рядом с пультом, выдавала качественный и громкий звук клубной музыки, отзывавшейся в груди Найджела возбуждающей вибрацией, вызывавшей восхищение. Он и подумать не мог, что первое посещение вечеринки произведет на него столь…. Положительное впечатление.
— Всем минутку внимая! Попрошу, тише, тише! — Томас взял микрофон, убавив громкость музыки. — Мне нужна минута вашего внимания! Знаю, что у нас редко бывают пополнения, но хочу представить вам нового члена нашего клуба! Найджела!
Толпа обратила взгляд к Найджелу. Сердце его испуганно заколотилось, он ожидал привычного порицания, но взгляды ребят в толпе были доброжелательными. Они восторженно свистели, улыбались, аплодировали ему, будто восходящей на сцену звезде. Ощущение было невероятным, непривычным до дрожи, но Найджелу оно понравилось. Пусть тут и были представители школьных элит, они с легкостью приняли Найджела в свои ряды. После этого Найджел втянулся в ураган вечеринки, и даже сам от себя такого не ожидал. Общение с Лиз поменяло его, а применение сил прибавило уверенности в себе, что помогло ему немного раскрепоститься.
Он энергично танцевал вместе с Лиз, с интересом знакомился с новыми людьми, с удовольствием пил вкусное пиво, и стал, в общем, самым обычным подростком. Ему было очень хорошо. Впервые оказавшись в дружелюбной среде, он почувствовал себя спокойно и умиротворенно, почувствовал себя самым простым человеком, не лишенным земных радостей.
Но не всем в эти минуты было радостно. По пути к Ронде, недалеко от свалки, у Эшли случился очередной приступ головной боли, даже не смотря на то, что она применяла способности. Разборки с отчимом, пребывание матери в смертельном состоянии в больнице, напряжение последних дней и нестабильность в радости Марты, ввели ее в крайне тяжелое эмоциональное состояние. Раздражающая головная боль тоже сыграла свою роль. Как назло сгустились хмурые тучи и пошел промозглый дождь. Сверкнула молния, пугающе прогремел гром. Эшли стояла в окружении остовов ржавых машин, глаза ее выражали гнев, по щекам текли слезы.
