За прошедший год Ре успела не только завести роман с Эдвардом, но и с ним расстаться, оставив при этом Таймер в числе своих подруг. Не самых близких, но удобных. В их отношениях Дейзи выступала в роли старшей сестры и пользовалась возможностью делиться опытом и хвастаться собственными победами на романтическом фронте, а также давать советы Тихоне Рони, или Малышке Таймер, как она стала называть подругу. Общались девчонки только в школе, храня свою некрепкую дружбу в тайне от родителей. В прошлом мам осталась какая-то неизвестная дочерям обида, и не стоило её ворошить. Кроме того, Рони была уверена, что слишком раскованная, бесшабашная Дейзи не попадет в число одобренных родителями подруг.
Ре смеялась до колик в животе, пока Рони расписывала случившийся в доме скандал и даже копировала выражение лица мистера Таймера, когда он зашел в комнату дочери. Душу Рони приятно грело, что она впервые делится приключением, достойным внимания умудренной опытом подруги. Долго наслаждаться этим чувством Дейзи ей не позволила, тут же рассказав, как сбегала ночью из дома на свидание и едва смогла вернуться под утро обратно, потому что старший брат закрыл окно, через которое она вылезла на улицу.
Конечно же, не обошлось без обсуждения парней. Хотя разве могла Рони назвать Брига своим парнем? Она сомневалась в том, что вообще когда-нибудь его увидит. Злополучная кассета, плотно упакованная, как книга из книжного магазина на её имя, обнаружилась через день в почтовом ящике, так что причин для встречи не оставалось.
— Признайся, Рони, тебе хотелось с ним поцеловаться? — допрашивала Дейзи. — Если ты потащила к себе домой совершенно незнакомого парня, то это означает, что ты или совсем безголовая, или — что он тебе сильно понравился.
Рони вздохнула. И призналась.
— И то, и другое. Конечно, без головы надо быть, чтобы пригласить незнакомца в пустой дом, да и вообще — ко мне, с такими-то родителями. Но мне очень хотелось с ним познакомиться… И да, поцеловаться, — добавила Рони, удивляясь легкости, с которой она сказала эти слова вслух.
Прошло еще несколько дней. Рони сидела в гостиной на полу, сложив по-турецки ноги, и болтала по телефону с Синти, когда раздался звонок в дверь.
— Пока! — крикнула она в трубку. — Кого-то принесло. Что? Нет, родителей нет, они на юбилее директора папиного завода.
Раздался еще один звонок.
— Нетерпеливый какой, — проворчала Рони, положив трубку, и пошла открывать.
На пороге стоял Бриг.
Он сменил потертую джинсовую куртку на кожаную и подстригся, отчего длинный чуб выделялся еще сильнее. В ухе блестела новая сережка.
— Ты? — задохнулась от неожиданности Рони, с трудом пряча радость за маской удивления.
— После консультации в детском саду купил шоколадное и ванильное, — Бриг протянул пакет с мороженым.
— Но…
— Родители дома?
— Нет.
Парень аккуратно отодвинул Рони в сторону и прошел, по-хозяйски оглядываясь.
— Скоро вернутся?
— Нет.
Почему она такая честная?! Хотя… ей не хотелось врать, но и не хотелось, чтобы он ушел.
— Ты так рада меня видеть, что потеряла дар речи? — Бриг уже направлялся к лестнице на второй этаж.
— Почти, — согласилась Рони и закрыла, наконец, дверь. — Я думала, что ты больше не появишься, а телефона я тебе не давала. И совсем не ожидала, что решишь прийти после… ну, после… первого раза.
— Мы ведь договаривались, что я принесу тебе кассету.
— Мы не договаривались. Мне кассеты в прошлый раз хватило.
Бриг уже поднимался наверх.
— А ты наглый, — с едва скрываемым восторгом в голосе сказала Рони, застывая на пороге кухни.
— Честный, — возразил Бриг, — мы рады друг друга видеть, и дальше свидание будет проходить в твоей комнате, так зачем терять время на условности?
У этого парня была совершенно потрясающая обезоруживающая улыбка, и все попытки возмутиться таяли, оставляя лишь глупое желание улыбаться в ответ.
— Я уважаю честность, — сказала Рони, прячась на кухне.
Когда Таймер поднялась в комнату с подносом со стаканами, чипсами и с бутылкой колы подмышкой, Бриг уже расположился на диване и крутил в руках пульт от видика… Похоже, он не шутил насчет фильма.
— Иди сюда, — парень похлопал рукой рядом с собой, совсем не обидно, так что Рони оказалась на диване через пару мгновений, пристроив поднос у себя на коленях.
— Что за фильм?
— Как и обещал… — Бриг выразительно приподнял брови, не оставляя сомнений о содержании картины.
— Не уверена, что хочу смотреть подобное в твоей компании, — сказала Рони, чувствуя, как начинают полыхать щеки.
— Я забочусь о твоем развитии. После того, что ты здесь изучала, стоит заняться улучшением твоего вкуса и просвещением на тему всестороннего проявления любви. Любви! А не удовлетворения физиологических потребностей.
Рони пылала как свечка, но самоуверенность Брига вывела её из ступора.
— И что дает тебе право заботиться о моем просвещении?
— Счастливая случайность нашего знакомства.
Бриг обаятельно улыбнулся, погасив запал злости и оставляя Рони в растерянности. Она не знала, как вести себя дальше.
