– Пойду посмотрю как он там, – сообщает Тара и встаёт изо стола, бросая нож и колбасу. Вообще-то это сделать очень хотелось мне, но увы мои руки в моющем средстве, и я не могу бросить все дела на миссис Нансен. Роуз и Эмма входят в кухню, забирая тарелки с едой, а затем покидают нас. Дарья откашлялась.
– Спасибо тебе большое, Рэйчел, ты мне сегодня очень помогла, – улыбается искренне женщина, хоть её лицо и похоже на выжатый лимон. Мне становится неловко.
– Да что вы, миссис Нансен, – сказала я, но подумала «уже мисс…», – я ничего такого не сделала.
– Нет сделала. Ты очень поддержала нас, Эрика… Уильям очень хотел видеть тебя на своих похоронах, он называл тебя дочкой, – грустно смеётся Дарья. Я сглотнула ком. Уильям Нансен – ещё и прекрасная сваха; мне почему-то становится смешно.
– Это взаимно. Для меня он был отцом. Хорошие люди никогда не забываются, Дарья. Уильям всегда с нами, в наших воспоминаниях и в сердце. – я взяла полотенце и вытерла мокрые руки.
Женщина вновь заплакала. Она подходит ко мне и обнимает, рыдая в плечо. Мне становится её невыносимо жалко. Женщина потеряла своего мужа, свою любовь. Теперь она вдова, и ей суждено просыпаться в одиночестве и засыпать в одиночестве. Как же это печально. Дарья отходит от меня, пытаясь остановить поток слез. Наверное, ей нужно побыть одной…
– Эм, ладно, пойду посмотрю как там Эрик, – сказала я, на что вдова кивнула.
Я выхожу в коридор. Все тело колит, сердце ненормально стучит, голова кружится. Я будто нахожусь под алкогольным опьянении. Или это сон. Все туманно и странно. Не помню как прохожу к дверям комнаты Эрика. Стучусь, а затем вхожу внутрь. Нансен сидит на краю кровати и курит сигарету, а напротив него стоит Тара, которая пытается ему что-то вдолбить. Я в оцепенении. ЭРИК НАЧАЛ КУРИТЬ?! Я в полном замешательстве. Мне кричать на него или молчать? С одной стороны у него умер отец и у парня стресс, но с другой он ведь спортсмен и никогда не курил… Такой поступок завёл меня в тупик. Я стою, как статуя и пытаюсь привести себя в чувство, но конечности отказываются подчиняться.
– Рэйчел, хоть ты ему объясни, что курение – это вредно для здоровья! – обращается ко мне Тара, смотря при этом на Нансена. Я хлопаю глазами, но ничего не могу произнести. Эрик делает затяжку, а затем выдыхает дым, совсем не обращая внимание на нас с его сестрой. Тара вновь начала поучать брата, но тот без какого-либо интереса смотрит в стенку. Видимо, Эрику очень больно, раз тот начала даже курить. Господи, я же сойду с ума, если он начнёт вести аморальный образ жизни. От таких мыслей меня бросает в дрожь.
– Эрик, ты должен бросить курить! Это вредно! Что ты творишь! – продолжает Тара.
Эрик недовольно цокает и закатывает глаза.
– Слушай, не могла бы ты сверлить мозг кому-нибудь другому? Отвали от меня! – реплика Нансена меня поразила. Я впервые слышу из его уст такие слова. Тара осеклась. Я чувствую, как ей стало обидно и неприятно. Видимо кузина, как и я не ожидала такого грубого ответа. Что с этим парнем не так? Смерть отца выбила его из калии.
– Кузен, это не смешно! Ты не можешь опуститься до такого уровня!
Брюнет смеётся, выдыхая дым.
– Серьезно? И это мне говорит студентка, которую лечили от наркозависимости. Кончай свои лекции и иди лучше займись делом, а если хочешь, можешь даже принять дозу.
Мои глаза округлились. Я не успеваю ничего сообразить. Тара лечилась от наркозависимости, а Эрик ведёт себя, как последний урод. Что с ним стало..? Неужели его душа потемнела, как это было с Крисом? Боже, я его теряю… От слов Нансена мне стало больно. Тара сделала шаг назад и с открытой челюстью посмотрела на брата. Но уверены ли мы, что это тот прежний душка Эрик? Нет, здесь бездушный монстр. Внутри меня что-то сломалось, и мои руки принялись дрожать, как у ненормального. В ушах звенит, и на минутку все исчезло.
– Вот как значит… За тебя волнуются, переживают, а ты в душу плюешь… Поговорим, когда наберешься мозгов, чтобы извиниться. – Тара вылетает из комнаты, громко хлопнув за собой дверью, но брюнет и не шевельнулся. Мне стало не по себе. Словно я в одной комнате не с моим парнем Эриком, а с каким-то незнакомцем. Делаю глубокий вдох и подхожу к зеленоглазому. Он тушит сигарету об угол кровати и бросает окурок на пол. Сердце замерло.
– Эрик, тебе не показалось, что ты был слишком резок с сестрой? – мягко спросила я. Нансен пожал плечами. – И когда это ты начал курить?
– Я просто хочу расслабиться. Это что, преступление? – раздраженно выкрикнул Нансен.
Я замялась и села рядом с ним.
– Хочешь поговорить?
– Нет. – отрезал брюнет.
Тишина. За одно мгновение мы отдалились на тысячу километров друг от друга. Я слышу биение его сердца – оно безумно быстрое.
– Я понимаю, что тебе сейчас очень плохо… но не стоит срываться на людях, ладно?
– Рэйчел, слушай, только не надо меня поучать, окей? Я просто хочу побыть в тишине, один. Понимаешь?
– Да, но я всего-то хотела тебя поддержать…
