– Я даже пыталась вломиться в его комнату, но он ни сном ни духом. Не открывает дверь. Даже не отзывается. Может, хотя бы ты приведёшь его в чувство? Звала в гости Тару, но она почему-то не хочет. Я уже не знаю… как быть? – делится Дарья проблемами. Мне сразу все стало ясно. Обстановка тяжёлая. После смерти Уильяма Эрик пережил тяжёлый удар и теперь находится в глубокой депрессии. А что? Кто говорил, что мальчики не страдают депрессией? Жизнь настолько стала невыносимой, что депрессия – обычное состояние каждого второго подростка. Хотя у Нансена есть на то веская причина. Я отложила обувь в сторонку и выпрямила спину, посмотрев прямо в бездонные глаза исхудалой миссис Нансен. Перед собой появилась картинка мамы… Они обе в чём-то схожи, но только в чём именно я пока не знаю.
– Не волнуйтесь, Дарья. Я поговорю с ним, – обещаю я, делая шаг в сторону комнаты Эрика. В этом доме мне уже все было хорошо известно; за последние дни я успела здесь вкорениться. Да и близкие люди Нансена считали меня одной из них; это очень радовало. Конечно многие спешили, называя меня «маленькой невесткой», но, как поясняют хозяева дома, Уильям Нансен представлял в образе своей невестки именно меня; он представлял меня в красивом, пышном свадебном платье и фатой, собранными волосами и бриллиантовым колье (как подарок от свекра). Никто точно не мог объяснить его такой «фанатизм» в мою сторону, даже сам Эрик, но все точно знали, что я ему была важна. Жаль только вот его сейчас нет рядом. Как же жаль.
