Коди ухмыльнулся и показал пальцами идти за ним. Мы выходим из буфета. В мое лицо ударился резкий запах еды и напитков. Что-то между пиццей и шнапсом. Молодые люди стоят у стенок коридора, говоря о чём-то, по их мнению, интересном. Замечаю одну влюблённую парочку около кабинета физики. Они стоят, прислонившись к синей стенке, и целуются. Как это выглядит дико; неужели, им совсем плевать на то, что их видят окружающие? Хотя о чем это я, другие от них не отстают. Кто-то танцует откровенные танцы, кто-то курит и пьёт банку пива, а кто-то гуляет без штанов по холлу школы. Меня начинает выворачивать от такой компании людей. Не могу поверить: эти люди, с которыми я знакома уже много лет, оказались не теми за кого я их считала. Вот ещё одна шутка реального мира – мы думаем, что знаем людей, но в любой момент они переодеваются в новые маски. Трудно понять какая маска фальшивая, а какая нет. Коди держит меня за руку, не позволяя толпе разорвать нашу связь. Он идёт впереди меня, громко говоря: «Дайте пройти». Какая-то девушка толкает меня сзади, от чего я чуть ли не оказываюсь на полу. Оборачиваюсь и вижу совершенно невменяемую блондинку в синем платье и чёрной шапочкой на голове. Если не ошибаюсь, это девушка учится в десятом классе. Она пьяно улыбается и пропадает в толпе. Мы прошли узенький холл; дышать стало сразу легче, а то запах спирта, сигарет, еды просто заставлял меня сходить с ума.
– Откуда у них алкоголь? – перекрикиваю я гул и музыку. Мне становится душно.
– Мы подмешали в учительский кулер снотворное. Дежурные учителя в отключке, так что каждый спокойно пронёс выпивку на вечеринку, – объясняет Хвостик. Я нахожусь в легком бреду. Во что превратилась школьная вечеринка? Сборище пьяниц и хулиганов. Наконец, мы добираемся до спортзала. Людей стало меньше – кто-то вышел во двор, а кто-то разошёлся по классам. Музыка больше не гремит, как прежде. По крайней мере, теперь я слышу хотя бы собственные мысли. Народу стало меньше, поэтому сейчас мои глаза могут разглядеть зал: на полу повсюду разбросаны конфетти, воздушные шары (есть и раздутые, и порванные), плакаты с надписями: «Скорпионы – чемпионы»; стены обвешаны разноцветными матовыми лентами и, конечно же, воздушными шариками. А также, по традиции, на главной стене висят майки баскетбольной команды. Обвожу взглядом форму ребят и замечаю майку Бена, под номером «10» и Коди, под номером «3». Огромные колонки начали издавать ломаные звуки, и толпа пьяных подростков пустилась в пляс. Хвостик дёргает край моего наряда и зовёт за собой. Я повинуюсь. Мое сердце выдавило два жарких, быстрых ударов и резко затвердело. Язык упаковал чемоданы и убежал, когда мы дошли до небольшой компании баскетболистов и их спутниц. Чувствую, что сейчас начнётся шоу. Бен выглядел, как выжатый лимон. Он весь красный и потный. Его рубашка с мелкими надписями «G&G» была вся мокрой, от чего просвечивался его торс. Белокурые, мокрые пряди парня неаккуратно уложены, словно он только вернулся с завода, где производят станки. Я сразу же заметила его туманный взгляд – он пьян в стельку. Что-то мне не хочется с ним говорить… Я трусишка. Некоторые парни уже успели меня поприветствовать, но Бен Озборн продолжает кокетничать с Дарси и мило улыбаться. Я уже говорила, что жутко нетерпеливая особа, да? Коди подходит к своему лучшему другу и что-то шепчет на ухо; тот сразу встрепенулся и поглядел в мою сторону, пытаясь сфокусировать свой взгляд.
– Рэ-э-э-эйчел, – протянул блондин, – ты пришла! Иди к нам, иди-иди, – парень тянет ко мне свои руки и небрежно тащит к себе. В лицо врезается неприятный запах скотча. Глаза готовы выпустить слезу.
– Бен, тебе нужно домой, – произношу я, когда оказываюсь в двух шагах от парня. Тот начал дико смеяться.
– Мне? Зачем? Вечер только начинается!
Я смотрю на Коди, а тот на меня. Его глаза извиняются за внешний вид друга, но мне на это все равно, лишь бы Бен не пострадал.
– Ты пьян? – и зачем я спрашиваю, если знаю ответ.
Блондин снова смеётся и показывает пальцами «немножко». Я закатила глаза.
– Дорог-ая, я хочу попросить прощения… – сменил тему Озборн, – ты меня прости, я не должен был на тебя крич-чать. Мир? – парень оттопырил мизинец вперёд, устало смотря мне в лицо. Он выглядит как беззащитный котёнок. Как его можно не простить? Я прыгнула в объятия друга и крепко начала его душить. Чувствую, как бьется сердце блондина: тук-тук… тук-тук… тук-тук. Бен гладит мою спину и что-то невнятно говорит. Все снова встало по своим местам. Это не может не радовать.
Я отпускаю своего друга и подхожу к Коди. Меня мучает один вопрос, который вырывается наружу любыми способами.
– Ты не видел Роуз? – аккуратно спрашиваю я Хвостика, чтобы не дай Бог не услышал Бен.
– Нет, – пожимает плечами приятель, – думаешь, она придёт?
– Наверное. Ро никогда не пропускает вечеринки, ты это знаешь.
Коди смотрит на своего лучшего друга и задумчиво выдыхает.
– Если она сунется сюда, то лучше ей не попадаться на глаза Бена, тем более, когда он пьян.
