Ох, как же парень прав… Я тоже ужасно боюсь последствий алкоголя и накопившейся обиды. Наверное, Бен думает, что блондинка его предала. Ему очень больно, я это чувствую. И меня когда-то предавали, и это было не очень приятно. Предатели – они повсюду. Они настолько близко, что ты и не замечаешь нож, торчащий в твоей спине. Так и живешь с ножом и с кровоточащей раной. Иногда даже не знаешь кому можно довериться, поэтому все держишь в себе. Но однажды вся эта боль убьёт меня, как последняя затяжка сигареты.
***
Прошло уже достаточно времени, а Ро так и не появилась. Я помирилась с Беном, но мне этого мало. Хочу наладить отношение и с лучшей подругой. Ненавижу себя и свою гордость! Надо было отвечать на звонок, вот я глупая! Мое тело ужасно болит – все абсолютно затекло. Коди несколько раз приглашал меня на танец, но я все время отказываюсь. Поэтому сейчас сижу одна на стульчике и наблюдаю за тем, как какие-то девушки кружат головы моим друзьям, и они не против. Одна девушка с ярко-красными волосами обняла Коди и прижимается к его груди. Выглядит отвратительно. В помещении заиграла одна из моих любимых песен – «This girl». Все начали быстро двигаться, прыгать, кружиться и визжать. Кто-то снял с себя майку и бросил в воздух, от чего девушки, крича, начали драться с друг другом. Коди показывает пальцами, чтобы я присоединилась к ним, но мне это не подходит. Очередной отказ. Разве можно чувствовать себя одинокой в компании друзей? Да, можно. У тебя могут быть друзья, родители, но ты по-прежнему остаёшься одиноким.
Ладно, Рэйчел, что-то ты слишком грустная для такого вечера. Я набираюсь с силами и встаю со стула, направляясь через толпу одурманенных подростков к столику с едой. Мой язык ликует, представляя вкус каждого угощения, к которому я потянусь. Перед глазами целая поляна еды, состоящей из коробок пицц, конфет, фруктов, пастилы, пунша, тортов; это можно перечислять вечно. Мои руки жадно, но в то же время аккуратно взялись за последний кусок пиццы с ананасовыми дольками. Мысли ликуют, что именно мне достался этот последний кусочек «счастья». В очередной раз меня кто-то задел плечом, и я оборачиваюсь. Вижу двоих парней: один курчавый и рыжеволосый, другой с выбритой головой. Они смеются над чем-то и громко перебивают слова друг друга. Я прислушиваюсь.
– Кингстон нас уничтожит, чувак! – буквально орет парень с выбритой головой и открывает банку из-под пива.
– Ничего страшного, проснётся с красивым лицом… – они несколько секунд смотрят на друг друга, а затем дико начинают хохотать.
Профессор Кингстон – наш учитель по географии, очень необычная личность. Я поняла только одно – ребята над ним здорово подшутили. Видимо они под действием алкоголя забыли, что на носу экзамены; так профессор Кингстон им напомнит.
Следующие минуты я провела с мобильником в руках. Мама настаивает над тем, чтобы меня с вечеринки забрал отец, но я категорически против. Зачем ему такая обуза? Я не могу не злиться на папу… Черт подери, почему он не сообщил о дате своей свадьбы?! Он не хочет видеть свою дочь рядом в этот важный для него день? Мои руки невольно сложились в кулаки, и я чувствую, как горит каждый сантиметр моего тела. В данный момент – я атомная бомба. Сделаешь лишний шаг – и ты труп. Мое сердце готово взорваться раньше меня; оно так непредсказуемо бьется, что, кажется, вот-вот и конечная остановка. Нет-нет, я не должна позволять себе такого. Я не должна плакать и портить всем вечер… Ха, словно мои слёзы кто-то заметит.
В следующую секунду, я ощущаю холодные руки на своих плечах. По телу прошла дрожь, будто меня окунули в ледяную воду или бросили в снег. Я оборачиваюсь и вижу перед собой широкую улыбку. Моя хорошая сторона говорит: «Ура, она пришла!», а плохая язвит: «Она добиралась до школы из северной Дакоты?».
Роуз невинно улыбается и все ещё держит меня за плечо. Я её осматриваю с ног до головы: её короткие белокурые волосы превратились в ломанные локоны; на ней шикарное белое платье с блёстками, и, кажется, что диско шар больше нам не нужен; её ярко-фиолетовая помада красиво переливается на свету прожектора, от чего становится даже завидно её красоте. Мы стоим и пялимся на друг друга уже достаточно долго, и Ро взяла инициативу в свои ухоженные руки и обняла меня. Я нахожусь в ступоре. В голове все вверх дном – сплошной беспорядок. Мое сердце потихоньку начинает таять, и я крепко обнимаю подругу. Как мне не хватало этого… Роуз одними объятиями способна утешить человека. Я её люблю такой какая она есть, даже если порой в голове блондинки блуждает ветер.
