Брюнет неуверенно отвечает на звонок. Я слышу нежный голос женщины. В мыслях повторяю: «Все хорошо, все хорошо, все хорошо». Пытаюсь по лицу Эрика прочесть об этом, но он сидит, как каменная глыба. Он без каких-либо эмоций. Может, это шоковое состояние? Пожалуйста, пусть все будет хорошо! Умоляю!
– Ну слава Богу! – облегченно выдыхает брюнет, довольно улыбаясь. – Он сейчас спит?
От услышанного я не сдерживаюсь, и начинаю громко смеяться и ликовать. Мне даже все равно на замечания священников. Все страшные мысли сразу же испарились. Сердце нервно бьет по грудной клетке, словно ломая мои рёбра. Я по-настоящему счастлива. Его отец жив! Жив!
– Ну что там? – вмешиваюсь я в разговор, но Эрик не отвечает, продолжая говорить по мобильнику.
Он долго осматривает мое лицо, а затем поворачивается от меня на шестьдесят градусов. Что за дела? Он сел ко мне спиной? Обидно.
– Можно я приведу гостью к отцу? – спрашивает тихо Эрик у матери. Но мои уши этот вопрос уловили. – Хорошо, я согласен. Обещаю, мы будем недолго.
Парень разворачивается обратно, выключая мобильник. Я в смятении. Мой вопросительный взгляд направлен в зелёные глаза парня, но тот лишь хитро улыбается. Что этот лис задумал?
– Эрик.?
– Ты ему понравишься, я это точно знаю.
– Ч-что? Я не понимаю.
Эрик улыбнулся шире и вскочил со скамьи.
– Пора знакомиться с родителями.
На окраине города, где в основном простираются леса и горы, расположен одноэтажный дом с потрепанным флигелем. Внутри меня все горело, и я боялась сделать шаг к белому забору. Дом снаружи выглядел мило и уютно. Обычно при виде таких построек, у меня всплывает в памяти рекламный ролик о фермах нашего штата. Первое о чем я подумала: «Странно, что семья Эрика проживает в таком ветхом домике». Его отец вроде бы бизнесмен. Но не мне судить.
Мы стоим около белой калитки, и ждём пока я наберусь смелости пройти в дом. Кстати о доме. Он небольшой; сделан из дерева и напоминает ранчо. Возможно это загородное жильё, но повторюсь: не мне судить.
– И долго мне тебя ждать? – устало спрашивает Эрик, дёргая левой ногой зеленоватую траву.
Понимаю – ему надоело стоять на улице, но мне неловко. Зачем он вообще привёл меня к себе домой? Я чувствую себя не в своей тарелке, как пятиклассница, которая не справилась с задачей у доски. Мои глаза направлены в сторону домика, но украдкой замечаю взгляд измученного брюнета.
– Я точно не буду мешать?
Эрик игнорирует мой вопрос и хватает меня за руку. Он резко открывает калитку, и мы входим во двор с идеально подстриженным газоном. Мы быстро направляемся к веранде, что была украшена цветами в разноцветных горшках. Здесь полно гардений, кактусов, каланхоэ, китайской розы и орхидей. Словно это какой-то огромный букет цветов. Мы уже вступили на первую ступеньку лестницы, а мне до потери сознания хочется вырваться из хватки Эрика и сбежать отсюда, желательно, в Швецию, чтобы зажить красиво и богато. Время пролетело быстро. Перед моим носом стоит бежевая дверь с жёлтой занавеской в горошек. Я слышу голос телевизора, по которому, как мне кажется, идёт программа «Вкусная кухня», также до меня доносится шум воды и чьи-то легкие шажочки. Боже, почему нельзя промотать время назад и просто сбежать от проблем… от встречи с брюнетом. Мое сердце и так до ужаса сдавленно, так ещё и лишние волнения изнуряют его. В груди очень колко, словно в меня тыкают иголкой по всему телу. Эрик отпускает мою руку и поворачивается ко мне всем телом, поджимая губы. Он взволнован. Об этом мне сообщают его напряжённые скулы и плечи. Черт подери, со стороны это выглядит будто он знакомит меня со своими родителями, как возлюбленную. Меня сейчас стошнит.
– Погоди, – начал разговор парень, – я хочу предупредить тебя кое о чем…
Я нахмурив брови, поправила прядь волос за ухо.
– О чем?
– Моя мама… она очень верующая женщина, поэтому тебе лучше не использовать в разговоре «черт», «ад». И ещё она не любит когда кто-то её перебивает… – он сделал паузу, словно что-то вспоминая. – А! И ещё ты обязана при разговоре кланяться ей.
Меня сейчас хватит инфаркт. М-да, очень необычная у Эрика мать. Я просто стою и пытаюсь дышать глубже, чтобы ни дай Бог не врезать парню по шее. Терпи, Рэйчел, терпи…
– А зачем кланяться? Это какая-то традиция именно в вашем доме? – я хотела сгладить свой вопрос смешком, но у меня вышло очень плохо.
Эрик позвонил в звонок, после чего раздался свист птички.
– Нет, просто моей маме это нравится. Ты ведь хочешь понравиться моей маме, м?
Я не успела дать ответ. Дверь отворилась, и на пороге стояла немного полноватая женщина с темными волосами. На внешний вид она очень мила. Её щеки покрыты красным румянцем, напоминавший летний закат. На женщине надет белый фартук, а в её бордовых руках полотенце. Видимо она нарезала свеклу. Я тут же поклонилась женщине в пояс. Она неловко улыбнулась.
– Привет, мам, – ребяческим тоном произнёс Эрик. Я выпрямила спину и неуверенно поглядела в лицо брюнетки. Они с Эриком очень похожи, особенно губами и цветом волос.
