Утро понедельника мне показалось уж совсем невыносимым. А если утро таково, то чего ждать от самого дня? Меньше всего на свете мне хочется идти в «Митт-Фоулд» – старшая школа Митсент-Сити. Я не хочу видеть Бена и Коди, не хочу ощущать на себе взгляды подростков, которые наверняка все ещё помнят драку Скотта и Бена, а затем Эрика и Коди. Простой вечер превратился в кровавый танец. Но дело не только в парнях, дело ещё и в учебе. Вчера мне было слишком лень открывать учебники, писать доклады и сочинения. Учеба вгоняет меня в депрессию. От уроков и всей ситуации в целом (имею ввиду свою семью и ещё Эрика с ребятами), боюсь, что у меня может обостриться тревожное расстройство, истерический тип, реагирования и вообще вегетативные нарушение. Порой мне не хочется просыпаться. Я не хочу вставать с кровати, идти в школу, дружить, жить. В голову просачиваются мысли о смысле жизни. Многие скажут, что это явный признак депрессии. Но ведь депрессия тоже болезнь. В двадцать первом веке депрессия – считается обычным состоянием подростка. Никто даже не задумывался – почему так? Люди считают, что такой тип поведения – это притворство, чтобы привлечь к себе внимание. Так вот, это не игра.
Депрессия – это борьба с реальностью, которую мы проигрываем. Моя жизнь сплошная битва. И я так устала бороться.
С этими мыслями я выхожу из автобуса, набитого людьми, и подхожу к забору школы. Ученики, смеясь, плавно проходят через калитку и идут по своим кабинетам. Вроде никто не помнит о вечеринке. Хотя это стоило предвидеть – подростки были настолько пьяными, что просто не могли даже толком дышать.
Я снимаю с себя пальто и шарф, что вчера получила в подарок, и выхожу из гардеробной, расталкивая людей. Школа выглядела внутри ещё более отвратительной, чем снаружи. На стенах остались пятна от напитков; все разрисовано маркерами. На полу валяются несколько пакетов с мусором. Такое ощущение, что это не школа, а свалка. Прохожу сквозь мусор к своему шкафчику и открываю его, спустя три попытки. Его всегда заклинивало.
– Ученики школы «Митт-Фоулд», общее собрание в спортзале ровно в девять часов утра, – слышу я голос директора через микрофон.
Класс, что на этот раз? Но, кажется, я догадываюсь к чему это собрание.
Вечеринка перешла все границы; я слышала, что после нашего ухода приехала полиция. Не завидую оставшимся тусовщикам.
– Привет, пропащая, – говорит за спиной голос.
Обернувшись, я застала Роуз. На ней белая рубашка и короткая джинсовая юбочка. Блондинка мило и одновременно лукаво улыбается. Не люблю я эту улыбку… Она либо что-то задумала, либо что-то узнала, либо собирается узнать. Иначе говоря, быть беде. Я захлопываю зелёный шкафчик, недоверчиво смотря подруге в глаза. Эти карие ямы полны искр и салюта. Роуз выглядит очень довольной, и это меня ужасает.
– Чего такая счастливая? – спрашиваю я, сложив руки на груди.
Блондинка хмыкает. Она завязала свои короткие пряди в неуклюжий хвостик и громко выдохнула.
– Значит, у тебя было свидание с Эриком?
– Что-о? – почти закричала я, хмуря брови.
Я так и знала! Интересно кто именно ей о вчерашнем рассказал. Ставлю сто баксов на Скотта.
– Тебя вчера украл Эрик! У вас было свидание! Отвечай быстро где вы были весь день?! – не унимается Ро.
– Он познакомил меня с родителями.
Блондинка улыбнулась так широко, что мне показалось, что ещё чуть-чуть и её лицо разойдётся по швам. В этих карих глазах помимо блеска, появились и чертики. Самое ужасное знаете что? Да то, что мне нравится её реакция! Мне нравится, то, как она называет вчерашний день. Все это меня неописуемо бесит и забавляет одновременно. Я просто обязана заглушить в себе все чувства, обязана перестать думать об Эрике, мечтать о встречах. Но как перестать думать о том, кого не хочешь отпускать? Черт подери все живое, остановите эти чувства! Даже сейчас мое сердце трепещет от одного его имени. Я покрываюсь мурашками, вспоминая его признание. Эти чувства меня окрыляют. Я лечу над миром, над людьми, но проблема в том, что в любую секунду я могу упасть и разбиться. Вот проблема любви – в любое мгновение все может оборваться, и тогда наступает тьма. Я боюсь этого больше всего на свете. Поэтому лучше не влюбляться и жить спокойно, посвятив свою жизнь чему-то другому, книгам, например.
– Рэй, это же замечательно! Ты ему точно нравишься! – ликует Роуз.
Я сглотнула комок в горле. Она ещё не знает… сказать ей или смолчать?
Ладно, рискну.
– Я это знаю. – блондинка удивленно посмотрела на меня, дожидаясь продолжения. – Он признался мне.
– Что-о-о??? – заорала подруга на весь коридор.
Все посмотрели в нашу сторону. Я резко закрыла рот Роуз своими ладонями и прошептала: «Тс-с-с».
